Людмила Стефановна Петрушевская


Квартира Коломбины

 

пьесы

 

 

 

 

 

 

содержание


 

Три девушки в голубом

 

§                 Чинзано

§                 День рождения Смирновой

§                 Уроки музыки

§                 Три девушки в голубом

 

 

Квартира Коломбины

 

§                 Любовь

§                 Лестничная клетка

§                 Анданте

§                 Квартира Коломбины

 

 

Тёмная комната

 

§                 Стакан воды

§                 Я болею за Швецию

§                 Вставай, Анчутка!

§                 Свидание

§                 Казнь

 

 

Опять двадцать пять

 

§                 Мужская зона

§                 Опять двадцать пять

§                 Что делать!

 

 

* * *

 

Это первая после десятилетней паузы книга пьес Людмилы Петрушевской. В те времена они шли по всей стране, в одной Москве в восьми театрах — во МХАТе три спектакля в постановке О.Ефремова, в «Ленкоме» — «Три девушки в голубом» в режиссуре М.Захарова, Р.Виктюк ставил в «Современнике» «Квартиру Коломбины», С.Арцыбашев на Таганке и в театре им.Маяковского «Уроки музыки». Книги пьес вышли тогда общим тиражом под сто тысяч.

Л.Петрушевская перед тем много лет считалась запрещенным драматургом… Всё это были легендарные спектакли с довольно трудной судьбой, их закрывали, за автором шла слежка как за государственным преступником! В конце концов писательнице было предъявлено уголовное обвинение по всем правилам, но тут, согласно законам театра, уже рухнуло само государство (в 1991 году).

И маленькие труппы, игравшие на свой страх и риск пьесы Петрушевской (например, «Чинзано», «Любовь», «Уроки музыки», «Лестничную клетку», «Казнь»), тоже жили как городские партизаны, вот-вот ожидая удара. Театрики уничтожали, они возникали снова. А это был, как теперь делает выводы критика, замечательный подпольный театр, поднимавший зрителя до высот трагедии и абсурдистской комедии.

И тогда нельзя было предсказать, что арцыбашевская «Любовь», например, будет вполне официально идти следующие двадцать пять лет, что «Чинзано» Р.Козака объедет больше двадцати сцен мира, что автору за пьесы в конце концов дадут много премий — и Государственную, и им. Станиславского, и за лучшую драму года, и «Триумф».

Настало время для новой книги.

В нее включены самые известные тексты. Они прошли испытания десятилетиями. Остается поинтересоваться — за что их запрещали? В них как не было, так и нет ничего кроме так называемых «вечных вопросов» к судьбе.

Сейчас эти пьесы идут в театрах, их ввели в школьные и институтские программы, так что нынешний сборник — для следующих поколений учеников, читателей, зрителей и актеров. Ставьте свои «Чинзано», «Уроки музыки» и «Квартиры Коломбины»… Играйте свою «Любовь». Вечную любовь к Театру.

 

 

Чинзано

 

действующие лица . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

 

Паша

Валя

Костя

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

 

Вечер. Пустая комната. Два стула, подобранных на свалке, садовая скамейка, ящик из-под конфет — большой и чистый. Входят Паша, Валя и Костя.

 

Паша

Как нашли, сносно?

 

Костя

Мы тебе, Паша, мебель привезли. В трамвае сняли сиденье.

 

Паша

Сенк'ю.

 

Валя

Костя вынес.

 

Смеётся.

 

Паша

Сюда, прошу садиться.

 

Валя

В общем, мы-то с Костей уже повстречались на выходе с работы, сюда не знаю зачем понадобилось ехать. Всё можно было там устроить.

 

Костя

Ехал в такую даль. Сядь, посиди.

 

Паша

Старик! Сначала о деле.

 

Косте.

 

Деньги с тобой?

 

Костя

Со мной.

 

Валя

Ну, старики, мне надо. Быстро закончим, я поехал.

 

Паша

Погоди, не до тебя.

 

Валя

Деньги мне отдай. Как не до меня?

 

Паша

Да отдам, но не сейчас же.

 

Валя

Костя, передавай мне деньги, как условились. Надо было отдать раньше, я предвидел, что всё так получится.

 

Костя

Не расстраивайся.

 

Паша

Старики, внизу дают чинзано. Лучшее из всего, литр. Хочу взять домой три бутылки, надо позарез. В таком случае, Валя, я так или иначе десять рублей потом тебе добавлю. Мне домой вино надо.

 

Валя

Другой разговор. А куда домой-то?

 

Паша

Туда домой, в первый городок.

 

Валя

Ты что, здесь не живёшь?

 

Паша

Временно.

 

Валя

Временно живёшь или временно нет?

 

Костя

Сегодня здесь, и всё.

 

Валя

А вообще где?

 

Паша

Сейчас ещё нигде пока уже опять.

 

Костя

Старики, время. Ехали сюда с Валей

 

Достаёт деньги, отсчитывает две десятки.

 

долго.

 

Паша

Тут хватит на шесть. Я тогда с вашего разрешения пять возьму домой. Пять мне тогда на всё хватит… Чинзано всё окупит! Валя, буду должен, стало быть, двадцать рублей.

 

Валя

Паша, чего ради я тогда ехал в такую даль? Спрашивается.

 

Паша

Я тебя сегодня не звал.

 

Валя

Извини, старик, нехорошо.

 

Паша

Извини, старик. Но тебе мало, что я отдаю тебе тридцать? Ведь такое дело: чинзано.

 

Валя

Хорошо, но одна на мою долю.

 

Костя

Договорились, чудесно.

 

Валя

Скорей, мне пора. Где у тебя тут сортир?

 

Паша

Попудриться? Направо вторая дверь.

 

Валя уходит. Костя достаёт деньги.

 

Паша

Чего уж, давай все.

 

Паша, не считая, суёт деньги в карман и уходит. Возвращается Валя.

 

Валя

Давай деньги-то. Тридцать.

 

Костя

А я отдал всё Паше.

 

Валя

Ну ты даёшь. Ну, старик. Ты же должен был их передать мне.

 

Костя

Я тебе должен был их передать до праздников. А ты — старик, туда-сюда, после праздников, уезжаю, туда-сюда. Вот тебе и после праздников.

 

Валя

Я тебя не понимаю, старик. Не понимаю. Кому отдал? Кому? Паше? Зачем?

 

Костя

Он мне их давал, я ему и отдал.

 

Валя

Деньги-то мои!

 

Костя

Ну и будут твои. Сколько-то погодя. Я тебе сказал ещё на выходе с работы, так и так, Валя, на меня сегодня не рассчитывай, я еду Паше отдавать деньги. Ты что сказал? Что я, в пятницу буду как отщепенец, сказал ты. И поехал.

 

Валя

Нет, старик, я тобой недоволен. Недоволен. С тобой происходит, я тебе не говорю, потому что ты и сам мне это неоднократно говорил, что ты падаешь всё ниже и ниже.

 

Костя обнимает Валю.

 

Ну, не ожидал, нет.

 

Костя целует Валю.

 

Отвал!

 

Костя

Сейчас выпьем. Он принесёт. Он принесёт пять бутылок.

 

Валя

Одну я возьму домой. Нет, две. В конце-то концов.

 

Костя

Кто говорит? Возьми две.

 

Валя

Мои деньги.

 

Костя

Вот тут ты глубоко не прав. Пока они не твои, а просто тебе их хотели до праздников вернуть, а ты не взял.

 

Валя

Нет, ты не прав. Я специально сюда приехал, чтобы Паша отдал мне долг. Деньги-то ты вёз? За чем же дело стало?

 

Костя

Всё точно. Но это не значит, что именно те деньги, которые я ему вёз, он должен тебе отдать. Когда сможет, тогда отдаст. А как он отдаст то, чего у него уже

 

Смотрит на Валины часы.

 

в данную минуту нет? Чего нет, того не вернёшь. Вот я не отдал ему пятьдесят рублей, потому что их у меня не было. Отдал сорок.

 

Валя

Как не было?

 

Костя

Праздники же были.

 

Валя

Не понимаю отношения к чужим деньгам.

 

Костя

Паша перед праздником буквально всучил мне эти пятьдесят рублей: отдай Вале. Я не хотел брать, отказывал, но Паша, памятуя свою слабость и не надеясь собрать больше такую сумму, просто приехал ко мне на квартиру, и, несмотря на то что Полина его не пустила, хлопнула дверью, он звонил десятки раз. Полина с Иваном высунулись, и Паша отдал им конверт — сказал, для Кости, здесь пятьдесят рублей. Иван рассвирепел, как всегда, и крикнул, что у них такие не проживают. Но, как умный старик, он от пятидесяти рублей не отказался и при нём пересчитал даже. Раз, подумал, Паша с чего-то принёс пятьдесят рублей, значит, было какое-то подсудное дело, иначе Паша бы, без суда то есть, не стал бы приносить. Я прихожу затемно, Полина спит, все спят, на столе лежит конверт с запиской, привет от Кольцова. Утром я не стал к завтраку вставать, думаю, пусть разойдутся. Они за столом моё имя не поминали, только Иван выступал всё время, что Владику надо купить шубу за полсотни, как раз полсотни, денег нет, вернее, деньги есть, но у такого человека, который не постесняется у родного ребёнка на зиму шубу украсть. И на питание не даёт. Владик спрашивать не стал, у кого его шуба, а Света спросила. Светка всё время Ивана подначивает. Таким детским голоском: дедушка, а кто у нашего Владика шубу украл? За столом воцарилось напряжённое молчание, а я сплю за загородкой, подушка на ухе. Владик сказал Светке, что папа украл, а Светка не ожидала, ей надо было всегдашний спектакль разыграть. Но не тут-то было, Владик, молодец, прикрыл диспут. А то обычно Иван им задаёт загадку: нет, говорит, Светочка, тебе сегодня сливок и сухой колбасы для Владика, один человек твою чёрную икру вкупе с красной и белой на вино израсходовал. Света счастлива: кто это? Кто этот человек? А тот, отвечает дед Ванька, который вчера пришёл пьяный к нам в дом. А кто к нам в дом вчера пьяный пришёл, спрашивает далее Светка. Тут все молчат. Владик молчит, и торжествующая тёща молчит. Полина мрачнее тучи молчит, да и дед Ванька не отвечает. Представляешь?

 

Валя

Ты говоришь! А вот у меня ещё того лучше…

 

Входит Паша с двумя портфелями.

 

Паша

Самое смешное, что никого народу. Они всё больше тут употребляют красненькое да мордастенькое. Говорю: «Мне чинзано». А один около меня стоял, спрашивает: «А чё это?»

 

Костя

Сколько взял?

 

Паша

Сколько договорились, мужики.

 

Костя

А для Вали не забыл?

 

Паша

Две.

 

Костя

А неужели мне одну взял, не догадался?

 

Паша

Больше.

 

Костя

Слава богу.

 

Паша

Ведь закрывался магазин, в том-то и дело.

 

Валя

Ну а теперь…

 

Паша

Айн минуту.

 

Выходит в кухню.

 

Костя

Он молодец. Потому что среди ночи опомнишься, сунешься, а нигде ничего. Помнишь, как у Кондакова пришлось с двух часов ночи чай пить?

 

Валя

Ну!

 

Костя

Чай такая вредная вещь. На почки действует, на сердце. Я утром домой пришёл, пошел бриться перед работой, посмотрел на себя в зеркало. Ай! Лицо в зеркале не умещается.

 

Валя

Ну!

 

Приходит Паша с тарелочкой.

 

Костя

Закусь?

 

Паша достает из портфеля кулёк и высыпает на тарелочку конфеты.

 

Валя

Дорогие купил слишком.

 

Паша

Для тебя мне ничего не жаль.

 

Валя

Да?

 

Костя

Из горла будем?

 

Паша

Старики, анекдот: два вурдалака оторвали человеку голову, а один другого спрашивает: «Из горла будешь?»

 

Приподнимает ящик, вынимает полбуханки хлеба.

 

Костя

Еда.

 

Валя

Отрежьте кусочек. Я с работы.

 

Костя достает перочинный нож, аккуратно отрезает кусок.

 

Паша (открывает бутылку)

Костя, достань там ещё два свёрточка: сыру, колбаски нарежь.

 

Валя

С ума сошёл.

 

Паша

Для тебя, Валя, купил.

 

Костя

Старик, тут в одном свёртке какие-то тряпки.

 

Паша

Не то, всё не то, дай-ка.

 

Забирает.

 

Вот, вот свёртки.

 

Костя

А я смотрю: в одном тряпки, в другом туфли.

 

Валя

Продавать, что ли, нёс?

 

Паша

Ешь, дорогой.

 

Валя

Пока человек ест, он не пьёт.

 

Паша

И ешь. Ну, мужичьё! С приездом! И за мою маму!

 

Пьют.

 

Валя

Да, Костя, ты не досказал насчёт десятки.

 

Костя (с непонятной интонацией)

А!..

 

Паша

Какой десятки?

 

Костя (с нажимом)

Какой десятки?

 

Валя

Он из этих пяти одну истратил, оказывается.

 

Паша

А?.. Ну!..

 

Радостно смеётся.

 

А я ничего не могу понять. Считал, считал у кассы!

 

Костя

Какая десятка?..

 

Валя

Ты мне сказал, что десятку растратил.

 

Костя

Какую десятку?

 

Паша

Старики, выпьем!

 

Пьют.

 

Валя, ты ешь. Ты чего себе зубы не вставишь, быстрее есть будешь.

 

Валя

Да всё некогда. То одно, то другое. У жены в квартире мебель строю.

 

Паша

У какой жены?

 

Валя

У Ольги, у какой.

 

Паша

Откуда?

 

Валя

Им дали квартиру. С матерью. А мать вышла замуж к мужу. Ольга говорит, хоть раз в жизни по-человечески пожить, не с твоими родичами, и уехала с Алёшкой. Алёшка уже в детский новый сад ходит. Я теперь там каждый вечер.

 

Костя

Как каждый? А вчера?

 

Паша

А в понедельник?

 

Валя

У Ольги там нет телефона.

 

Костя

Понял. Родители считают, что ты у жены.

 

Паша

А Ольга звонить родителям не будет?

 

Валя

Ольга не будет. Она вообще говорит, что ей всё надоело, вся эта семейная жизнь. Но мебель я строю!

 

Паша

Говорит, пошёл, значит, отсюда.

 

Валя

Старик, не совсем. Не совсем. Она хочет, чтобы я с ними жил, и я не отказываю. Но мои родители как же? Они останутся одни на пятидесяти метрах на старость? Интересно, что же это, они на меня всю жизнь работали, а я теперь их брошу? Кто машину отцу водить будет?

 

Паша

Покупает?

 

Валя

Почти купил.

 

Паша

Поездим. Поездим.

 

Валя

Отца же, не моя.

 

Костя

Но, с другой стороны, тебе и разводиться нельзя.

 

Паша

Почему?

 

Костя

Валя оформляется за границу.

 

Паша

Куда?

 

Валя

На кудыкину гору.

 

Паша

В капстраны, значит.

 

Валя

В ЧССР я был, в Болгарии, Золотые Пески.

 

Паша

А я в Монголию оформлялся.

 

Валя

Ну и как?

 

Паша

У них штаты не расширили. Хотели расширить и не расширили. Не стали.

 

Валя

Не оформили, значит. На тугрики много не купишь. У нас один малый оттуда привёз жене немецкое меховое пальто. Белый мех, но без ватина. Она в ателье носила на ватин ставить. Выше пятнадцати градусов мороза нельзя. Каждый день слушает погоду и ругается, лучше бы кожи привёз.

 

Паша

Кстати, о жёнах: позвони, Константин, пойди.

 

Валя

Кому?

 

Костя

Дружининой. Но её нет сейчас дома.

 

Валя

Дружининой?

 

Паша

Блондинка.

 

Костя

Она к подруге поехала на день рождения.

 

Валя

К кому?

 

Костя

К нашей Смирновой из отдела.

 

Валя

Надо туда поехать, мужики!

 

Костя

Туда Паше нет допуска.

 

Валя

Без Паши поедем.

 

Костя

У меня тоже допуска нет.

 

Валя

Ну что вы! Ну, так нельзя! У Смирновой так отлично. Баранью ногу подают.

 

Костя

И джин, да. Но мы там прошлый раз с Пашей заночевали, так пришлось.

 

Пьют.

 

Сидели так на кухне, а потом из холодильника папашину настойку от давления выпили. Чекушечку. Внешне такая же, как старка. Не отличишь. Утром ехали в метро, у нас давление сильно упало. Или ихний скандал подействовал: самовнушение началось.

 

Паша

Скорей всего. У меня точно от скандалов падает давление.

 

Костя

Поспали на кольцевом маршруте, сколько пришлось. Заехали в депо, так неудачно. Сигналы долго подавали.

 

Валя

Чем?

 

Паша

Постукивали.

 

Костя

Папаша Смирновой на нас кричал, что мы самоубийцы, что такое выпили, что он три раза в день принимает по две капли. Прислали за золото с Дальнего Востока. Резко снижает тонус.

 

Паша

Шарлатанство всё это. Моему папаше тоже привозили.

 

Костя

Значит, это мы так расстроились просто. На работу не ходили, лечились долго потом.

 

Валя

Тогда я схожу позвоню.

 

Ест.

 

Паша

Ешь, на твои деньги куплено.

 

Валя

Ты мне ничего пока не отдавал.

 

Ест.

 

Костя

Кому ты хочешь звонить?

 

Валя

Кому дозвонюсь. Сейчас вот поем…

 

Ест.

 

В Монголии, кстати, шерсть отличная. Поехал бы ты, Пашка, то привёз бы своей Тамаре шерстяную кофту. Но что делать, раз не оформили. А то Тамара была бы довольна.

 

Паша

Тамара? Да, с ней, старики, сурово. Я до двенадцати должен успевать домой, а то Тамара после двенадцати лишает меня супружеских ласк. Стало быть, я должен попасть на автобус двадцать три ноль две. Ну и до автобуса отсюда… полчаса как минимум.

 

Костя

Тридцать пять.

 

Паша

Если автобус двадцать три ноль две… То мне на жизнь остаётся здесь

 

Смотрит на Валины часы.

 

почти ничего. Валя, иди, звони.

 

Валя

Но что интересно, ведь ты уже с ней разошёлся.

 

Паша

Правильно. Для того чтобы прописаться к старушке-матери в её квартиру.

 

Валя

Понимаю, может пропасть квартира? Мать-то старая.

 

Паша

Откуда.

 

Валя

Они все уже старые более-менее. К тому идёт.

 

Костя

Она у него сейчас в больнице лежит, да?

 

Паша

Скоро забираю. Завтра.

 

Валя

Завтра суббота, выписки нет.

 

Паша

А я заберу.

 

Костя

У нее малокровие?

 

Паша

Выпьем за упокой.

 

Валя

Дурак. Бросаешься словами.

 

Пьёт.

 

Паша

Чем хорошо выпить: всё уходит на задний план.

 

Валя

Зачем уходить от реальности, если реальность такова, что мы просто любим пить, любим это дело, а не из каких-то высших соображений что-то забыть. Зачем всё время прикрываться какими-то пышными фразами. Пьём, потому что это прекрасно само по себе — пить! Свой праздник мы оправдывать ещё должны. Да кому какое дело, перед кем оправдываться?

 

Костя целует Валю.

 

Ну… А как твоя Тамара реагировала на развод? Что ты подал?

 

Паша

Она сама подала. Ещё раньше, чем я ей сказал.

 

Валя

Значит, она сама… Это много лучше.

 

Паша

Объюдно. Стороны пришли к объюдному решению.

 

Валя

Так ты здесь живёшь?

 

Паша

Когда где.

 

Валя

Стало быть, тебе не нужно никуда ехать, чего же ты тут рассчитывал время! И мне не нужно ехать. Костя, ты тоже, чего тебе, успеешь ещё за свою загородку «осторожно, двери закрываются». Пьём, мужики! Доставай ещё одну бутылку! Сколько, стало быть… тебе… две, мне… три, нет, четыре, а остальное выпьем! Паша. Иди, позвони-ка, времени уже в обрез.

 

Валя

Какое в обрез!.. Ты же… Как это… Нигде не живёшь. Никому не нужен ты.

 

Паша

Если я опоздаю, меня лишат супружеских ласк.

 

Валя

Каких супружеских?

 

Паша

Ласк. Она просто дверь запирает в квартиру.

 

Валя

Да какие у тебя супружеские! Это у меня супружеские да у Кости за загородкой… Кстати, Костя, ты у родителей по-прежнему ночуешь?

 

Костя

Поругался.

 

Валя

Нехорошо, старик! Глядишь, и переночевать негде будет!

 

Костя

Поругался. Полина всё говорит: «На кой нам их куры!» Придут навестить внуков, несут куру. На восемь человек. И действительно, придут. Обед давно без этой куры готов, давно бы сели, нет, они её варить желают. Всё холодное. А они, дураки, не понимают, что их благотворительность у Полины и у Ваньки одно раздражение вызывает. Полька меня просит: скажи им, не надо. Я сказал, мать расстроилась, отец капли принимал. Мы твоим детям, раз у них всё пропивают. И вот тебе, всё свернули на меня. Мать говорит, если вы с Полиной такая дружная семейка, и не ходи сюда ночевать, не стоит. А подумаешь! Да застрелитесь!

 

Паша

После двенадцати ни одна машина в нашу сторону не ходит. Ни одна. Можно взять девочку, положить на шоссе и без помехи делать всё что хочешь сколько хочешь раз. Так что надо спешить, надо торопиться.

 

Пьёт.

 

Валя

А ты от Тамары ещё не выписался?

 

Паша

Выписался, осталось к матери прописаться, какие-то пустые формальности. Я тянул, но теперь всё.

 

Валя

Правильно, пропишись, не ровён час, останешься без квартиры.

 

Паша

Надо спешить! Торопиться! Я не успеваю на автобус!

 

Костя

На автобус ты ещё двадцать раз успеешь. Уедешь. Подожди ещё пять минут, Валя сходит позвонит.

 

Валя делает себе бутерброд и выходит.

 

Костя

Ну, как у мамаши?

 

Паша

Ей операцию по пересадке костного мозга надо делать. Срочно. Завтра же. Надо будет дать костный мозг, я дам. Я дам костный мозг завтра же, уже проверяли. Совпадает. У жены с мужем — нет. С ребёнком ещё может совпасть, а с женой — никогда. Не кровная, а тут кровная. Вот и всё о'кей! Всё будет о'кей. Выпьем.

 

Костя

Ты сегодня к ней ездил, как?

 

Паша

Ездил. Не спрашивай. Такие дела, что не спрашивай. Совсем белая.

 

Пьют.

 

Костя

У меня папаше всё время плохо. Надо спросить у Смирновой, что мы тогда пили. Здорово снижает давление.

 

Паша

Да, мы тогда царапались долго из вагона.

 

Костя смеётся.

 

А как они, не согласны выделить тебе площадь?

 

Костя

Мать говорит, что с Полиной всё равно разойдёшься и на нашу голову жить придёшь.

 

Паша

Наоборот! Если у тебя будет отдельная площадь, то ты разойдёшься и будешь жить сам.

 

Костя

Они сказали, что, во-первых, хотят умереть на своём месте, где привыкли. И знаешь, их очень дед Ваня, оказывается, поддержал, я не знал. То всё они не контачили, не контачили, а тут папаша позвонил Ваньке, и нашли общий язык. Да, представьте себе, сказал Ванька, старому человеку нельзя менять динамический стереотип и место жизни. Он от этого умирает очень быстро. А дело в чём? Полька тоже просит у своих родителей, чтобы они разменялись и выделили ей хотя бы однокомнатную квартиру. Мой муж, мне с ним жить и так далее. Нет, сказал Ваня, нам нельзя из-за динамического стереотипа. И они с моим папашей это дело обсудили и постановили. Да как, да что, да кто будет с детьми, они к внукам привязались. Понимаешь, они к моим детям привязались! Ты, Полина, одна не сможешь, Кистянтин тебя продаст у первой же будки с пивом.

 

Паша

Да, ты уже говорил.

 

Костя

Я тоже так, пусть живут как знают. Я пальцем не пошевельну для себя. Никому не желаю мешать жить. Не хочу судиться, разговаривать, чтобы они с машиной вещей отъезжали. Да пропади оно всё пропадом. А я проживу. Они, не в силах ничего сделать, молча смотрят на моё падение, а я не падаю, я живу. Дети сыты, одеты, телевизор работает, как говорит дед Ванька. Да, в понедельник деньги дают, надо будет Владику купить валенки. Дружинина принесёт своей дочки валенки за четыре рубля.

 

Паша

Могла бы и за бесплатно. Так бы отдала.

 

Костя

Она бы отдала, да я бы взял.

 

Паша

Понятно.

 

Костя

За это дело мне будет четыре рубля. Принесу валенки, скажу Полине: купил, вычти из питания четыре рубля.

 

Паша

У меня тоже: Тамара привыкла, что я получаю рубль пять. Теперь тут мне повысили. Она меня спрашивает: Паша, ты рубль двадцать теперь получаешь? Я говорю, что ты… Да… Так и не узнала…

 

Возвращается Валя.

 

Валя

Бабушка сказала, что она через двадцать минут домой вернётся. Звонила, что в дороге уже.

 

Костя

Кто?

 

Паша

Блондинка?

 

Валя

Именно. Ирка Строганова.

 

Пауза. Костя и Паша с укором смотрят на Валю.

 

Костя

Она придёт и всё выпьет.

 

Валя

Я её видел на вечере встречи в этом году. Позвони, сказала, когда захочешь выпить.

 

Костя

Она тут к нам приезжала с дочкой, дед Ваня сколько на стол выставил рябинового вина, столько она и приняла. У нас день рождения был у Светы. Два дня родня гуляла. До чего её дочка на Семёна похожа!

 

Показывает рожу.

 

Валя

Ей не в армию идти.

 

Костя

Ирка тут же за столом рассказала, что, откуда бы она ни приползла, как бы ни выпила, обязательно на ночь всю одежду своей девочки сложит, погладит для детского сада стопочкой. Родня была в восторге.

 

Валя

Она кандидат.

 

Костя

А так смешно получилось, что Семён со своей новой женой тоже приехал на день рождения Светы. Но только Ирка Строганова перепутала и приехала днём позже. Или не перепутала, а рассчитала. Скорей всего. Но это было воскресенье, так что за столом сидела вторая очередь родственников. А то бы две жены повстречались.

 

Паша

Семён часы отдал?

 

Валя

Какие часы?

 

Костя

Да, с часами. Семён повел меня в пивбар в день зарплаты. Говорит: «Я своей новейшей жене должен отдать отчёт в деньгах, так что мы с тобой выпьем, а ты мне часы дашь в залог. Я скажу, что купил у мужика за пятёрку». Я снял часы.

 

Паша

Это ты говорил.

 

Костя

Да, проходит неделя, я отдаю Семёну деньги и спрашиваю, где часы. Он отвечает, что ремешок оборвался и часы он потерял. Ладно. В следующий раз мы встретились, он говорит, пойдём ко мне домой, у меня дома никого нет, жена рожает. Приходим, я смотрю: на окошке лежат мои часы. И правда, с оборванным ремешком.

 

Валя

Что у тебя общего с этим человеком?

 

Костя

Общего у нас то, что я его боготворю и им восхищаюсь. Пошли мы тут с ним в ресторан для иностранцев, открыто до трёх утра. Там друг у Семёна стал метрдотелем. Пили до этого на какой-то посторонней свадьбе. Семён подружился там с музыкантами, мы сидели с джазом и пили наравне. Потом нас вывели, и тогда мы поднялись в бар для иностранцев и пили там до упора. Потом все ушли, мы с Сёмой разделись и пошли купаться в бассейн с золотыми рыбками. А Виталик, метрдотель, по краю бегает и кричит: «Парни, вы мне тут крепитесь, а то рыбки подохнут. Терпите».

 

Валя

Ирка красотка была.

 

Костя

Пьёт много. Говорит, по обстоятельствам своим пьёт. Семён ушёл при тяжёлых обстоятельствах, мать у неё умерла, дочь болела, а он взял и ушёл.

 

Валя

Что значит, пьёт по обстоятельствам! Сама по себе хочет и пьёт. Мы вот — хотим и пьём, а не из-за обстоятельств. Мне нравится пить, люблю я вас, товарищи мои.

 

Костя

Вот у меня тут был малый лоцманский загул. Прихожу через неделю домой, ложусь, врач даёт бюллетень с диагнозом: дисфункция.

 

Валя

Кишечника?

 

Костя

Нет. Всего… Дисфункция организма. Дал мне бюллетень, мы с Пашей пошли, встали в очередь. Давали шапки по тридцать рублей. Постояли и пошли: денег не было. Я позвонил двум-трём взять в долг. Паша позвонил разок, а потом мы от этой идеи отказались.

 

Валя

А в чём выражалась дисфункция?

 

Костя

Давление сто восемьдесят на сто десять. Первый раз померил, кстати. Но ничего, до двухсот пятидесяти у людей доходит, и живут. Как у моего папаши…

 

Валя

Вспомнил! Ещё кому позвонить.

 

Паша

Блондинке?

 

Костя

Помнишь, Паша, ту блондинку, с которой мы в метро познакомились? Рядом сидели. Я ей говорю: позвольте представить вам моего друга, Пашу Кольцова, поэт такой был. Она засмеялась. Не поверите, говорит, я тоже по паспорту Кольцова. Я говорю: не верю, паспорт. Предъявляет. Точно, Кольцова. Всё посмотрели: адрес, возраст — сорок лет.

 

Валя

Позвони.

 

Костя

Там в паспорте телефон не указан.

 

Валя

Пойду позвоню по записной книжке.

 

Уходит.

 

Паша

О чём-то мы с тобой хорошо так говорили.

 

Костя

Да, а потом не вспомнишь. О чём-то родном, а о чём? Помнишь, летом мы с тобой у нас на кухне трое суток пили — Ваня с тёщей были на даче, благословенное время года. Говорили, говорили, а о чём? Потом вспоминал и не вспомнил.

 

Паша

Я опаздываю.

 

Костя

Хорошо как было. Нам всего-то нужно: суббота, воскресенье да часть пятницы и часть понедельника. А я теперь субботу и воскресенье сижу на диете. Хожу с детьми гулять.

 

Паша

Я опаздываю на автобус. Потом не добраться. А мне надо…

 

Костя

Всего в этой кухне нам надо было: на полу два старых пальто да стол с бутылкой. И никто больше не нужен.

 

Паша

Мне надо ехать.

 

Встаёт.

 

Костя (протягивает руку)

Достань бутылку, раз встал.

 

Паша

Пора, еду, пора.

 

Садится. Костя сам наливает в оба стакана.

 

Костя

С работы хочу уходить. Уже всех предупредил.

 

Паша

Еду. Всё. Кончено. Что здесь? Ничего. Здесь такого нет ничего. Я могу выпить. Я должен выпить в этот день. Который один раз в жизни.

 

Костя

Пойду работать грузчиком, как Соболев. Он за рейс сшибает по пятёрке, и так эн раз.

 

Паша

Сколько у меня денег?

 

Костя

Эн.

 

Паша начинает рыться в карманах.

 

Паша

Сколько у меня денег?

 

Вынимает бумажки.

 

Три рубля… Рубль… Три рубля… Это сколько?

 

Рассматривает бумажку.

 

Костя

Дай.

 

Паша

Это сколько?

 

Рассматривает бумажку.

 

Костя

Дай. Это у тебя карточка почтовая.

 

Паша (продолжает рыться в карманах)

Справка о смерти. Это я должен отдать Тамаре. А при чём Тамара? Моя мать к ней не имеет отношения. Справка МЮ 280574.

 

Целует справку.

 

Костя

Это сколько?

 

Паша

МЮ 280574.

 

Костя (заинтересовался)

А сколько у меня? Мне нужно четыре рубля на валенки. Их я возьму у Полины. А валенки возьму у Дружининой. Сколько же у меня останется? Четыре рубля возьму у Полины, скажу: вычти их из питания, не вношу, так вот, эти четыре рубля, которые я у тебя беру на валенки, вычти из питания. А валенки принесу в другой раз. И ещё.

 

Достаёт десятку.

 

Стало быть, десять рублей, да четыре возьму у Полины, да валенки загоню на Преображенке… за пятнадцать. Хорошие валенки.

 

Паша

У меня было ведь пять десяток, верно?

 

Костя

Десять да четыре… да шестнадцать.

 

Паша (бьёт кулаком себя по лбу)

Где деньги, где деньги?

 

Костя

Успокойся. Дай я тебя поцелую. Узнаешь, как я целуюсь.

 

Целует Пашу в ухо.

 

Паша

Выпьем.

 

Входит Валя.

 

Валя

Вот! Вот! Сколько тут?

 

Паша

Где мои деньги?

 

Костя

Валя! Дозвонился?

 

Валя

Какие твои деньги? Мои!

 

Паша

Не путай.

 

Костя (показывая почтовую карточку)

Это четыре рубля на валенки. И за валенки четыре рубля. Остальные пусть идут на питание.

 

Паша (в отчаянии)

Справка есть… Всё готово. Деньги — и поеду.

 

Валя

Так он у тебя десятку взял.

 

Костя (твёрдо)

На валенки… и на питание.

 

Валя

Давай-ка мне.

 

Костя

Выпей.

 

Пьёт.

 

В этот раз не отдам на питание. Каждый божий раз он не даёт на питание.

 

Паша

Мне всё надо купить. Больше никто не купит. Только не надо мне бумажных цветов на могилу. Так просила. Хоть какие, но живые. Вот только достать деньги, и всё.

 

Костя

И вот у меня тоже.

 

Показывает десятку.

 

Валя (грубо)

Давай, тебе говорят!

 

Берёт деньги у Кости, тот поникает головой и засыпает.

 

Паша

А ты, верно, давай мне.

 

Протягивает руку.

 

Валя

Это ты ошибся.

 

Берёт у Паши деньги, считает.

 

Это ты мне давай. Пять… Три… Две рублёвки… и десять. Двадцать рублей хоть. Когда отдашь остальные тридцать?

 

Паша

Отдай. Это не мне.

 

Валя

Ясно, не тебе. Сам отдай сначала.

 

Паша

Кинь, кинь, а то уронишь.

 

Валя

Мне надо, мне! А не тебе! Урод нравственный.

 

Паша угрожающе поднимается на Валю, но падает.

 

Пьют до упаду!

 

Паша

Мне цветы!

 

Валя

С женой мириться?

 

Прячет деньги.

 

Паша

Маме.

 

Валя

Маме зачем цветы? Родителям мало надо, чтобы их дорогой сыночек хоть пришёл, поел, посидел на глазах. Цветы твоей маме не нужны. Моей маме я не ношу цветов. Нет. Я сам прихожу, я ей дороже цветов. Пока они живы, я обязан к ним ходить, чтобы они на меня нагляделись. Маме цветы — смешно. Я бы сам своей купил, что мне ты. А не покупаю.

 

Уходит.

 

Паша

Мне пора.

 

Собирается.

 

Костя! А? Костя!

 

Трясёт его.

 

Я ухожу. Сколько времени?

 

Костя

Часы потерял… Ремешок разорвался…

 

Паша (в панике)

Я не успею! Не успею! Сколько времени?

 

Костя (протягивает ему руку без часов)

Гляди.

 

Паша (в панике)

Я ничего не вижу. Последнее время я стал хуже и хуже видеть. Я слепну!

 

Костя (не открывая глаз)

Я тоже ослеп. Дисфункция.

 

Паша

Мне уже пора.

 

Костя

Никуда тебе не пора. Ты забыл. Ты с Томой имеешь развод. Ты никому ничего не должен. Прошло то время. И я никому ничего не должен, кроме ста рублей. Давай бутылку. Пошарь.

 

Паша

Я ослеп, ни одной не вижу.

 

Костя

Это не то. Дай я.

 

Достаёт из портфеля свёрток.

 

Закусь. Но это не то.

 

Разворачивает свёртки, там платье и туфли. Надевает платок.

 

Паша

Не так.

 

Накрывает платком лицо.

 

Костя

Вот бутылка. Пей, Паша, тоже.

 

Паша

Я ничего не вижу.

 

Костя

Я тоже тебя не замечаю. Где твой рот? Я попою.

 

Льёт вино поверх платка.

 

Слушай, у тебя лицо почернело.

 

Паша

У меня?

 

Щупает платок.

 

От горя. У меня мама умерла… завтра похороны. Только не опоздать, вот оно что!

 

Костя

Ты, главное, не думай. Никогда так не бывает, что окончательно опоздал. Глядишь, опоздал, а глядишь, ничего от этого не ухудшилось. Следи за временем.

 

Подносит руку к лицу Паши.

 

Паша

Ничего не вижу.

 

Костя

Я тоже. И неважно. Какое дело. Поедешь завтра.

 

Паша

Правда! Всё равно сегодня уже всё закрыто. Чего я так спешил. Чего я поеду? Что, к Тамарке мне срочно?

 

Костя

Вот именно. Их надо тренировать постепенно, воспитывать, чтобы они не волновались и не брались на испуг, верно? Чтобы когда ни пришёл, они рады! Не приходил, не приходил, а пришёл!

 

Паша (роется в портфеле)

Яблоки откуда-то. Это я нёс ведь на передачу маме, третьего дня.

 

Костя

Нёс, а они опять тут. Как дар небес.

 

Паша

Тогда ешь.

 

Костя

Всё успеем, и попить, и поесть. Слушай! Да ведь завтра же суббота! Куда нам спешить, куда тебе спешить? Мы можем и завтра продолжить. Ведь завтра суббота, завтра вообще мы никому не обязаны.

 

Паша

Ты думаешь?

 

Костя

Но в воскресенье я как штык должен быть у Полины. Я с детьми в воскресенье на диете. Утром в воскресенье я просыпаюсь, а мои бурундуки сидят на мне. Говорят: мы, папа, будем тебя сейчас мучить, пока не закричишь. Ну, говорю. У них иголки. Пока не закричишь. Я молчу. Они глубже загоняют. Папа, почему ты не кричишь. А я говорю: партизаны всегда молчат.

 

Паша

Но до воскресенья ты здесь со мной. Ты слово дал.

 

Занавес.

 

1973 год

 

 

 

День рождения Смирновой

 

 

действующие лица . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Смирнова Эля

Шестакова Полина

Дружинина Рита

Валя

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

 

 

За столом сидят Эля и Полина.

 

Эля

Это вам спасибо, что вспомнили про мой день рождения. Никто не вспомнил, а вы, незнакомый человек, пришли. Я ведь в этом году ничего не устраиваю, всех предупредила, чтобы не совались. Отца сегодня в больницу забрали, мать спит с сердечным приступом.

 

Полина

Я сама бы никогда не вспомнила про ваш день рождения, я так замоталась. Это позвонила одна женщина, сказала, что Костя сегодня должен быть у вас, и попросила пойти к вам. Этой женщине очень нужен Костя. Она сказала, что у вас день рождения.

 

Эля

Это она ошиблась. У меня-то день рождения был позавчера.

 

Полина

А сегодня что?

 

Эля

А сегодня пятница. Все в курсе, у меня дни рождения раз в год по пятницам. Знаете, раз в год народ надо подкармливать, а то озлобятся.

 

Полина

Но эта женщина сказала, что Костя у вас будет точно.

 

Эля

Надо же, какая настырная женщина. Кто это?

 

Полина

Её зовут Тамара.

 

Эля

Какая это Тамара?

 

Полина

Она бывшая жена одного Костиного знакомого. Фамилию не знаю.

 

Эля

А как зовут знакомого?

 

Полина

Его зовут Паша.

 

Эля

Надо же, Пашу уже бросила жена. А что, она тоже сюда придёт?

 

Полина

Она из загорода звонила. Вряд ли.

 

Эля

С этими бывшими женами никогда ничего не известно.

 

Полина

Знаете, Эля, у него ещё ведь мать умерла. У Паши.

 

Эля

Что за жизнь!

 

Полина

Жизнь просто потрясающая. Паша поехал за справкой в морг и какой день не появляется.

 

Эля

А что было у матери?

 

Полина

Что-то с кровью. Белые тельца.

 

Эля

Скорее всего, Паша запил.

 

Полина

Вот. Тамара тоже придерживается. Причём Костя единственный, кто связан с Пашей.

 

Эля

Ладно. Будем ждать.

 

Пауза.

 

А Костя домой не будет звонить?

 

Полина

Он когда звонит, отец отвечает, что таких нет дома.

 

Эля

Костя об этом рассказывал. Он любит рассказывать. Говорит, одеваюсь я долго на работу, выхожу, тёща у книжной полки стоит, подметает, и с суровым видом причём. Стало быть, там у неё, в книжках то есть, заначка есть. Они деньги в книжках хранят на текущие расходы. Дети ещё неграмотные, а я, как известно, книжек не читаю. Опять-таки одного меня не оставляют, стараются. Но тут тёще звонок. Тёща в коридор. Звонит, как ясно из разговора, её подружка, жена её первого мужа, а это на час. Я взял книгу ихнюю, «Пятьдесят лет в строю», а там ничего.

 

Полина

У нас мало денег. Папина пенсия, мамина совсем ничего, я младший научный да двое детей… Костя ведь не вносит денег.

 

Эля

Нет, он говорит, нашёл. В романе «Поджигатели» Николая Шпанова. А тёща в коридоре как на иголках, кричит: «Извини, я сейчас разговаривать не могу». Не могу и так далее. Её эта жена её мужа первого глуховатая. Ну, говорит Костя, как я мечтаю: тёща спросит — где деньги, а я скажу — возьмите на рояле. Там первые сто рублей.

 

Полина

У нас нет рояля, чего он выдумал. И он денег никогда бы не взял.

 

Эля

Да, он говорит, они так называемые порядочные люди. Я их денег не тронул.

 

Полина

У нас только пианино.

 

Эля

Полина, я вас давно хотела спросить, а как у вас с Костей?

 

Полина

Что?

 

Эля

Как складывается?

 

Полина

Да как складывается, обыкновенно.

 

Эля

Костя ведь мой друг. Я за него в книге расписываюсь, когда он опаздывает, потом, знаете, он уйдёт, пиджак повесит, у него с Пашей свиданка у пивного ларька каждый день в одиннадцать утра, а шеф выйдет, я ему — быстренько: Шестаков в изотопном блоке. А туда телефона нет.

 

Полина

Он на вас просто молится, вы ему производственную травму оформили, помните, он тогда перелом ребра получил?

 

Эля

Конечно, помню, я его якобы с лестницы привела. А он что тогда?

 

Полина

У них тогда с одним знакомым грузчиком рояль к стене прижали.

 

Эля

Хорошо, что ещё рабочий день у нас не кончился, Костя не опоздал. Он называет «опоздать на работу» — это прийти, когда кончается рабочий день.

 

Полина

Как у нас складывается? Костя настаивает, чтобы мы уехали и жили от родителей отдельно. А я их не могу бросить, они старые. Потом, кто будет с детьми. Потом, на какие шиши купить квартиру. Так что всё упирается.

 

Эля

Полина! Выход один: надо разводиться.

 

Полина

А детей без семьи оставить?

 

Эля

А вы ещё найдёте себе. Вы ещё молодая.

 

Полина

О чём вы говорите.

 

Эля

А вы зря Костю любите. Вы его поменьше любите. Не бегайте так за ним. Найдите себе кого-нибудь.

 

Полина

Я ни о ком не могу без дрожи думать.

 

Эля

Уже нашли кого-то?

 

Полина

Кого?

 

Эля

О ком без дрожи не можете думать. Надо же, я Костин друг, а ничего не знаю. Надо будет у него спросить.

 

Полина

Никого у меня нет! Никого!

 

Эля

А надо, чтобы был. Надо уметь клин клином вышибать.

 

Полина

Конечно. А потом опять клин клином.

 

Эля

А вы думали. У меня так вся жизнь на клиньях.

 

Полина

Когда я была совсем девчонка, у меня были вот такие косы… И за мной ухаживал один лейтенант… А я училась в школе. И он получил назначение и уехал. Когда я выходила за Костю, я у того просила прощения, мысленно. Я думала, что Костя — это клин. А вышло, что на всю жизнь.

 

Эля

Да ну, ещё жизнь будет.

 

Полина

Костя у меня только второй случай в жизни.

 

Эля

Это не играет никакого веса. Тут один с нашей работки стал ко мне кадриться. Родители на даче, он шастает и шастает. Как-то раз засиделся, метро не ходит, в трамвай не содят. А денег у него на такси нет. А я принципиально в таких случаях не даю, отказываю. Я ещё их снабжать должна. Перебьёшься, говорю, с каким знаком пишется. Он тогда: «Я у тебя заночую». Ладно. А у меня бельё в ванне какой день замочено, я плюнула, стала стирать глубокой ночью. Несу на балкон вешать, а он уже в трусах на тахте расположился и говорит: «Только не говори мне, пожалуйста, Смирнова, что я у тебя в жизни второй мужчина». Вот вам и второй в жизни случай, как вы говорите. Ну вот. Я тогда плюнула, в родительской комнате на задвижку заперлась. Так он полчаса под дверью стоял, просил открыть, говорил, что мы взрослые люди, и что тебе стоит, и всё такое. Что в таких случаях говорят. А потом лёг как ни в чём не бывало и захрапел. Так храпел, я мимо пошла в ванную, он не слышал. Я не сплю, а он храпит. Всё на свете прокляла. Потом ещё с ним на работу пришлось ехать как одна семья. А вы говорите — второй случай в жизни.

 

Полина

Вот вам и клин.

 

Эля

Женщина вообще должна выходить замуж, когда она не любит, когда любят её. Так что в следующий раз выходите без любви.

 

Полина

Только под наркозом.

 

Звонят в дверь.

 

Если это Константин, не говорите ничего. Что я здесь.

 

Эля открывает, входит Дружинина.

 

Эля

Дружинина, какое совпадение! Я только что о тебе подумала, хоть бы она не приходила.

 

Рита

Смирнова, поздравляю с днём рождения, желаю. Тебе подарок вермут италиано. Называется «Чинзано».

 

Эля

А вон он уже стоит на столе, уже мне поднесли.

 

Рита

Завоз, что ли?

 

Эля

Наверное, завоз. Знакомьтесь, это Рита, моя подруга, а это Полина Шестакова, жена Кости Шестакова, о котором ты много слышала.

 

Рита

Очень приятно. Это чинзано к нам в буфет завезли.

 

Полина

А я у нас в винном купила.

 

Рита

Наверное, завоз. А я тёте Машке переплатила.

 

Эля

Видали? У Риты там спецбуфет. Знаете, где она вкалывает? На Новодевичьем.

 

Рита

Обыкновенный буфет, тётя Маша.

 

Полина

На Новодевичьем? Ой, у вас там, наверное, свежий воздух.

 

Рита

Прям свежий. Как в склепе сидим. Стены — во! Как в склепе. В пальто работаем.

 

Полина

Вы знаете, какое совпадение? Мой папа спит и видит, как попасть на Новодевичье.

 

Рита

Как-нибудь заходите с отцом.

 

Полина

Он у меня, вы знаете, пенсионер республиканского значения. Как они собираются все у одной там старушки, эта старушка тост поднимает и говорит: «Когда мы начинали, мы много мечтали. Теперь наши мечты сбылись. Все мы персональные пенсионеры». Видите как. А вы, оказывается, на кладбище работаете на таком. Просто совпадение.

 

Рита

Я, собственно, не на кладбище, а в музее. Там рядом музей статистики. Не имеет никакого отношения.

 

Полина

А отец так мечтает о Новодевичьем!

 

Рита

Если ему интересно, пусть заходит. У нас, правда, утверждённый текст экскурсии, но для вас я расскажу пошире.

 

Полина

Самое главное, у нас там бабушка моя лежит, мамина мама. Но больше четырёх захоронений в одну могилу не дают. А там уже скопилось три. А мамина сестра ещё жива, она уперлась: он, дескать, не прямая линия, а зять, боковая линия. А папа с мамой хочет лежать.

 

Рита

Вы давно без мамы? Я уже год.

 

Полина

Что вы! Слава богу, живы. Все живы. У них режим дня. Они просто железные. Меня переживут. А я иногда думаю: вот бы мне первой умереть! Никого не хоронить.

 

Рита

Хитренькая.

 

Эля

Тогда о чём речь? Девочки, ещё выпьем, у меня всё-таки день рождения.

 

Рита

Да, да, действительно. Ну, кто у тебя будет-то?

 

Эля

Ты что, не могла мне позвонить? День рождения отменяется.

 

Рита

У меня девка болела, я с ней сижу, телефона в доме нет, сама знаешь. К тебе поехать, наняла тётеньку, шестьдесят копеек в час, с девкой сидеть. Уложила спать, тогда только поехала. А что, день рождения отменяется?

 

Эля

Отец сказал, что больше такого безобразия в доме не потерпит, что его жизнь не к Петров'у, а к Покров'у… Сама знаешь. И за месяц заблаговременно начал больницу себе пробивать. Не можешь же ты при больном отце, которого в больницу заберут вот-вот, а всё не дают направления. Сегодня наконец ему выделили. Отъехал, мать замучил, я на работу не ходила…

 

Полина

А что с отцом?

 

Эля

Что всегда. Диабет, гипертония, склероз.

 

Полина

А у моего папы аденома простаты, облитерирующий эндартериит и склероз.

 

Рита

Вот и мы такие будем.

 

Полина

В том-то и дело.

 

Эля

Что вы, он в больнице отдыхает от нас. Говорит, чтобы больше у меня без дней рождения.

 

Полина

А мы давно всё отмечаем в узком семейном кругу, все знаменательные даты. Папа ходит с трудом, а от гостей мусор, тарелки, расходы.

 

Эля

Вот именно. Два года подряд я им делала баранью ногу, салаты, помидорчики доставала. Пролетает сорок-пятьдесят рублей, а дарят одни бутылки. Сами выхлебают и рады. В прошлом году мне подарили стеклянный мундштук, книжку «Древние бурятские памятники» и что-то ещё…

 

Полина

Нет, мне мама подарила серьги с изумрудами.

 

Эля

Ну ладно, будем думать, что у меня всё же день рождения. Чокнемся. Первый тост за хозяйку, второй за прекрасных дам, третий…

 

Рита

Третий за детей. Шестьдесят копеек в час.

 

Эля (Полине)

Я слышала, у вас много детей?

 

Полина

У меня двое, а у вас?

 

Эля

У меня вообще.

 

Рита

А у меня девка. Очень замечательное существо пяти лет, зовут Таня.

 

Полина

Нет, у меня Владику семь, а Светочке четыре с половиной. Ради них надо кое-как жить. Я тут в экспедиции была, летом в Каракумах. Вышла в пески, легла на бархан и думаю: вот бы так от солнца удар получить, умереть. Но детей ведь не оставишь, их надо поднимать. Старики уже старые.

 

Эля

Да ну, все вырастут, у нас в стране все вырастают. Я вон без отца, без матери, у бабушки в Чулкове сколько жила? И получилась свободный человек. Отец с матерью были за границей, в горящей точке планеты. Туда с ребёнком не разлетишься.

 

Полина

А у меня мамин отец при царе был генерал-губернатор. Мамина мама была гувернанткой.

 

Рита

А сколько же лет вашей маме?

 

Полина

Она поздний ребёнок была у родителей. И я у них поздний ребёнок.

 

Эля

А я боюсь поздних детей. Среди поздних детей тридцать процентов идиотов, американцы просчитали.

 

Рита

Да ладно, я вон сама пишу диссертацию, вторую главу третий год, тоже всё обсчитываю, просчитываю, знаю. Но главное, Полина, как вы умудряетесь с двумя стариками и с двумя детьми! Я вон, пока у меня мама болела, девку на пятидневку сунула. Она там коростой покрылась, а тут мама помирает, а тут начальница просила подать заявление по собственному желанию, что у нее экскурсоводов нет. У меня, говорит, есть на ваше место молодой энергичный товарищ, он быстро освоит тему. Какой-то выпускник.

 

Эля

Чей-то сынок, наверное.

 

Рита

Я думаю, вам, наверное, муж помогает, иначе как с двумя детьми да со стариками на руках!

 

Полина

Он мне ни капельки не помогает.

 

Рита

Как вам тяжело, я вам сочувствую.

 

Эля

Это мне тяжело и тебе тяжело, а ей всё прекрасно.

 

Полина

Да, мне прекрасно. Стираю дважды в неделю. Мы в прачечную не отдаём, не хотим вариться в общем котле. Детей купаю два раза в неделю. Магазины ежедневно. Готовит мама. Ещё пишу диссертацию.

 

Рита

У вас ещё диссертация?

 

Полина

А как же. Не только у вас. Печатаю её сама. У нас машинистки со схемами берут тридцать копеек страничка.

 

Эля

У нас двадцать пять, хотите договорюсь?

 

Полина

Пять копеек меня не устроят. Потом у мамы довольно хороший «Ундервуд» остался от её ещё мамы. Она работала машинисткой. Пишбарышня называлась. После революции. Что такое пять копеек, на них не пообедаешь. Я вон не обедаю, беру с собой бутерброд, на горелке готовлю чай. Летом, когда наши на даче, дома хуже, никто не готовит. Так я ем суп из пакетиков. На два дня идёт один пакет. Один раз двое суток сидела голодная. Костя привёл к нам друга Пашу, и они мой суп на два дня сразу съели. Я с работы пришла и прямо заплакала. Холодильник пустой. Я же рассчитывала на горячий суп. А супа нет. Села печатать, печатаю и плачу. Костя на меня кричит, что, людей что ли нет кругом, заняла бы рубль, сбегала бы в столовую. А я плачу. Так и проголодала два утра и два вечера. Хлеб-то и сыр для обеда у меня был с собой в сумке, тоже на два дня. Иначе бы я не протянула. Обед обедала.

 

Эля

Да ну, я всегда живу в долг. Играю в черную кассу. Денег нет и не будет, зато есть что надеть. Родители пока кормят. Всё остаётся мне на булавки.

 

Рита

Ну да, как мы пошли к одной бабе на банкет. Защита диссертации. В ресторан. Наутро меня девочки на работе спрашивают, кто как был одет. А ты, спрашивают. А я, говорю, была в чём всегда, в отрепьях.

 

Полина

А я всегда аккуратно хожу, я перешиваю из старого. У нас швейная машинка марки «Зингер», я перешиваю из своих старых школьных платьев, тогда носили длинное такое и широкое.

 

Рита

О, я это дико люблю, когда из ничего, из старых тряпок…

 

Эля

Старая тряпка и есть старая тряпка.

 

Полина

Нет, я недавно нашла в сундуке бабушкины пододеяльники, спорола с них кружева, прошвы и сшила себе блузочку.

 

Эля

Да ну! Ветошь одна.

 

Полина

Что вы, алансонские кружева, я подштопала. А некоторые думали, что это тюль, который они покупают рубль километр.

 

Рита

А я тоже всегда в старом хожу. Ну и что?

 

Эля

Всё равно я вам завидую. У вас трое детей. А у меня никого нет, поезд ушёл. Без мужа я как-то не решилась, ребёнок будет, спросит, что да как, да отчего размножаются. А мужа завести не решилась. Был меня моложе.

 

Полина

Почему, случаев много, теперь многие выходят замуж за моложе себя. Такая мода, берут себе мальчиков.

 

Эля

А я не решилась.

 

Полина

А какая была разница?

 

Эля

Двенадцать лет.

 

Полина

А у нас на работе я знаю случай на восемнадцать лет разница. Он был только что из армии, а она такая огневая женщина из бухгалтерии, ей тридцать восемь, ему двадцать. Сначала они просто так жили. По буфетам в очередях друг другу очередь занимали. Пошли всякие разговоры. Было какое-то письмо. У нас же девушек подавляющее количество, восемьдесят процентов. Ну, её вызвали куда надо. Она возмутилась, он тоже возмутился. Ну, и это их подтолкнуло. Им хотели как лучше, а вышло ещё хуже. Потому что она в результате паспорт на стол кладёт, а в паспорте штамп о бракосочетании. Все зашумели, но она умная женщина. Она всё сделала как надо, она пошла по общественной линии.

 

Эля

Обратилась в профком?

 

Полина

Нет, что вы, она вошла в кассу взаимопомощи. Работать там ни у кого нет охоты, она стала казначеем. Баба она огневая, работа закипела, со всех взносы содрала, с кассиршей договорилась в день зарплаты. К ней же потом и стали подъезжать, кто за сотней, кто за чем.

 

Эля

Ну и правильно, заткнулись. А сейчас как они живут?

 

Полина

Сейчас-то живут хорошо. Она на инвалидности, у него почки отбиты. Друг друга поддерживают, в походы ходят, каждую субботу в лес. Питаются по системе йогов, на обед репочка, изюм, грецкий орех.

 

Рита

Я пробовала по системе йогов, когда совсем дошла, вся опухла. Но по системе йогов питаться еще дороже. Йоги, во-первых, питаются с рынка. На рынке всё качественное, но та же репка стоит как индейка. И потом, нельзя ведь перед ребёнком отделываться репкой! Ему курицу нужно.

 

Эля

Куры и фрукты детям, как у нас соседка говорит. Давайте, девочки, выпьем того вина, которое стоит как две куры детям плюс шестьдесят копеек в час по таксе.

 

Рита

Не напоминай.

 

Эля

За мой день рождения. Ну, а что было дальше, Полина?

 

Полина

Что она стала инвалид, это он её два года назад всё-таки угробил. На мотоцикле. Она ехала в коляске, её потом по костям собирали. Она при этом хорошо держалась, мужественно, год пролежала в больнице, потом костыли отбросила, по стеночке ходила. А он говорит — теперь не мыслю жизни без неё, так что девочки наши опять умылись, фигу получили.

 

Эля

Полина!

 

Полина

Фигу! Он, правда, сначала вроде легко при катастрофе отделался, но теперь, видите, почки болят, отбил, значит, почки себе.

 

Эля

Нет, это у него на нервной почве.

 

Рита

У нас в музее тоже девяносто процентов баб. Девять баб и одна штатная единица свободная, на восемьдесят пять рублей. Начальница мечтает какого-нибудь мальчика на это место взять. Всё мечтает, домечтается, пока у неё единицу не сократят. А работать некому. А бабу она не берёт.

 

Эля

Я тоже баб не терплю.

 

Полина

О присутствующих не говорят.

 

Эля

А ты молчи, алансонское кружево. Нет, я бы так не смогла, за моложе себя выйти. Я слишком оглядываюсь, кто что скажет. Полина, а Костя ваш намного старше?

 

Полина

Мы одногодки.

 

Эля

Но он старше?

 

Полина

Нет, он меня моложе на девять месяцев и три дня.

 

Эля

А вот я не могу, когда я старше, а он моложе. Мне кажется, все будут смеяться надо мной, связался чёрт с младенцем.

 

Рита

Недавно начальница анекдот рассказала. Приходит ребёночек из детского сада, пьёт кисель, отхлебнёт, подопрётся рукой и говорит: мусикапи. Ещё хлебнёт, опять: мусикапи.

 

Полина

А, знаю, у нас рассказывали.

 

Рита

Ну вот. А мать спрашивает, что это всё ты мусикапи, мусикапи. Ребёнок отвечает: это наша воспитательница с нянечкой пьют из стаканчиков и говорят: эх, мусикапи сейчас.

 

Эля

Не поняла сути.

 

Рита

Эх, мужика бы сейчас.

 

Эля (Полине)

Давно хотела спросить: это у вас какое кольцо?

 

Полина

Изумруд с бриллиантами и платина. Это гарнитур с серьгами.

 

Эля

Надо же, как похоже на чешскую бижутерию! Никогда бы не сказала! Молодец, Полина! Молодцы чехи.

 

Рита

А у нас в семье всё пропало. У них в эвакуации всё пошло в обмен на хлеб, на картошку. Дураки были.

 

Эля

Куда это всё девалось, у нас в Чулкове ничего похожего нет. Хотя были беженцы. И усадьба рядом была.

 

Полина

А у нас тоже всё сначала пропало. Наследство перешло к старшему маминому брату, девочкам дали только приданое. А у этого брата была домраба, Нора. Она всю войну работала на заводе, кормила брата, ничего не продала. Когда война кончилась, он на Норе из чувства благодарности женился. И все наши от них отвернулись. Но когда он умер, моя мама стала принимать Нору у себя, а потом мы с ней объединились, съехались по обмену. Мамина сестра так до сих пор нам этого не простила. Зато всё наследство у нас.

 

Эля

Теперь всё детям перейдёт.

 

Полина

Да, хорошо, что девочка есть, ей все ценности достанутся, а не чужой невестке.

 

Рита

Тяжело чужую старушку было кормить-то.

 

Полина

Тяжело. В праздник тоже лапкой тянется с рюмкой, чокается. А умерла она ровно в тот день, когда родилась Светочка. Как почувствовала, что пора комнату освобождать. Врачиха так и сказала — лечить вам её только мучить.

 

Эля

Ну и правильно сделали, сбагрили на тот свет… Хорошо, ещё не отравили, может быть.

 

Рита

А у нас тоже все погибли да повымерли. Тоже ведь была большая такая семейка, профессорская. Дедушка до революции был блестящий студент, катал барышень на своём автомобиле, на скрипке играл… Где эта скрипка, хотела бы я знать… Хорошая, наверное, была скрипка, от мастера…

 

Эля

А у нас в Чулкове тоже ни у кого ничего не сохранилось, хотя мы под немцем не были. Беженцы только у нас жили. Я там в книжном магазине подписалась на Достоевского и на «Всемирную библиотеку». Но это когда-то было так, теперь уже всё в книжном магазине подмели. Сами разнюхали. Единственно, что у них осталось от темноты,— как чуть что, кого-нибудь посадят, они сразу к отцу… Он до сих пор у них котируется как шишка на ровном месте. Он у них кому-то раз в жизни помог, теперь расплачивается за это.

 

Рита

Ни одно доброе дело не остаётся безнаказанным, это закон, Смирнова.

 

Эля

Какое там доброе дело! Он помог одному дяде Юре Смирнову, а тот, оказывается, на свадьбе кого-то топором посёк. Дядю Юру освободили, остальным обидно. Деревня Дуроплясова.

 

Полина

У меня на Спасе на Песках тоже у папы целая улица Шараповых. Папа мой Шарапов, и целая улица Шарапова Слободка. Мы туда один раз с Костей ездили, когда поженились. Лес. Волга. Мы из дома в дом ходили, целая неделя прошла на этом. Они из свёклы варят. Костя до сих пор вспоминает. Да. А они сразу после того наладились к нам ездить, а у отца режим строгий, он совсем не пьёт, а водки вообще не употребляет, тем более самогонку.

 

Эля

Конечно, они мешочники. Мать их моя раз и навсегда шуганула. Я ещё маленькая была, но помню. Дядя Юра Смирнов приехал с дядей Петром. Сидят с отцом, в комнате накурено, нахаркано, отец расхрабрился, пьяненький, и кричит матери, а мы пришли с прогулки: «Давай, мамаша, ставь нам гаванский ром». А тогда ещё дело при Батисте было. Мать взяла у них со стола пятилитровую банку грибов да как ахнет об пол!

 

Рита

Порезались?

 

Эля

Обошлось.

 

Рита

Я тоже родственников раньше едва терпела, теперь-то почти никого не осталось, теперь я над ними трясусь. Всё-то они друг на друга клепали, какие-то жилплощади вспоминали, заявления, письма, наркомовские пайки, кто деда обобрал, куда его шкаф с рукописями делся, куда серебро, куда библиотека. А мне ничего не надо. У меня есть кооператив, мне с головой хватает имущества. То они грибки во дворе красят, по два рубля собирают, то в фонд библиотечки просят… А у меня же наследств никаких.

 

Полина

Через сколько войн прошли.

 

Эля

Сейчас начнутся скоро наследства. Уже мода бриллианты собирать, золото. Я и то в очереди постояла, взяла.

 

Полина

Наследства, если на них опираться в повседневной жизни, быстро проматываются.

 

Рита

У нас один знакомый получил неожиданно из Швейцарии наследство. Взял «Жигули», что ещё. Кооператив себе и матери, холодильник, пианино, ковры. Ещё что-то. «Жигули» у него вечно замусоренные, сам как ходил, так и ходит в чём попало, на «Жигулях» возит из лесу какие-то пни и коренья. Возит собаку к ветеринару. У него у собаки легкая форма шизофрении. В квартире бедлам.

 

Полина

Потому что нет культуры.

 

Рита

Нет, культура есть, он ведь из Рюриковичей, причём последний в роду. И рожает одних девок, скоро будет третий заход, все ждут. Он в панике, не будет, говорит, продолжения нашей фамилии. А жена у него дочь какого-то генерала, совсем простая девка. А он из Рюриковичей. Холодильник у них уже течёт, три раза мастера вызывали, дочки учиться музыке отказались как одна. Он говорит: с вещами я промахнулся. Ковры требуют пылесоса и всё такое. Дал маху.

 

Полина

Конечно, надо было золотом брать.

 

Эля

А жить на чём? На бутербродиках?

 

Рита

Он говорит, надо было книг по искусству накупить. Это было бы нетленное богатство, нетленка. И читать их опять же можно, двойное богатство.

 

Полина

А золото можно носить.

 

Рита

И будешь, как старший продавец, вся в золоте ходить.

 

Эля

А что ты знаешь про старших продавцов? Человек стоит столько, сколько он стоит.

 

Рита

Вообще-то верно. У меня моя парикмахерша, Зинка, вся ходит в золоте, как чучело, но добрый человек. Тут рассказывает: пошел её сын выкидывать мусор, возвращается, говорит — там на помойке кто-то спит, хрипит, не бросай сюда, сынок. Ну, она быстренько с сыном пошла, там, действительно, старичок под стеной сидит, ночует. Он приехал в собес хлопотать себе пенсию, из подъезда его попросили, он приткнулся на помойке. Они этого старика привели к себе, ну, куда девать человека с помойки, они ему в ванной постелили, потом ванную вымыли, и всё.

 

Эля

Ну и зачем ты это рассказала?

 

Рита

Ну вот она в золоте ходит. Правда, как мастер она плохая.

 

Эля

Оно и видно, ходишь вечно как лахудра, на голове сосульки одни.

 

Рита

Да у меня голова быстро пачкается. Через два дня опять мыть. Мотаешься — работа, детский сад, детский сад, работа. Чего там.

 

Эля

И золото у твоей Зинки тридцать первой пробы, и мастер она такая же. Одно связано с другим, золото с мастером. Золото требует своё.

 

Рита

Ну да, как один мой знакомый говорил: она выходила замуж за сына больших родителей, а получила алкаша.

 

Полина

Это кто вам так говорил?

 

Рита

Вы его не знаете, такого человека.

 

Эля

Успокойтесь, это ей говорил этот, Рюрикович.

 

Рита

Нет, Рюрикович не сын больших родителей, у него старушка-мама искусствовед, я к ним раньше приходила, они чай наливают, а насчёт сахара извиняются. И генеральская дочь шла за него замуж по огромному собственному желанию, у него невест человек десять было, на выбор.

 

Эля

Десятая была ты.

 

Рита

Одиннадцатая.

 

Пауза.

 

Эля

А кстати, Дружинина, на тебе ведь тоже золото, обручальное кольцо, забыла? Но я бы на твоём месте не носила его на левой руке, так носят только вдовы, но отнюдь не матери-одиночки.

 

Полина

Насчёт золота: мама всё боится войны, говорит, в случае чего живи как Нора: ничего не продавай, всё оставь детям.

 

Эля

А дети — своим детям. А жить когда?

 

Полина

Мы живём ради детей.

 

Эля

Один раз я ради детей, то же самое, пошла на преступление. Пока суть да дело, у меня образовался пятимесячный плод, чистить нельзя по закону. Но я стала вытравлять, деваться некуда. Чуть сама не подохла, попала в больницу на ту же самую чистку, вся чёрная, лежу, помираю. Так врач такой молодой был, никогда его не забуду, всё это дело шваркает в тазик и говорит: «Эх, какого парня загубили!» Я даже сознание потеряла.

 

Полина

Бывает, пятимесячные плоды кричат.

 

Рита

А я себе говорю: сколько у меня будет, всё моё.

 

Полина

Всех будете рожать?

 

Рита

Всех.

 

Полина

Ну, это ещё вам везёт, что вы только раз попались.

 

Эля

Да у неё случая не было.

 

Рита

В общем, да.

 

Эля

То-то мужики от тебя шарахаются. А ко мне липнут. Потому что я думаю головой. Человек прежде всего должен себя осмыслить, что он есть в жизни. Может ли он рожать от моложе себя. А так получается — ты их плоди, они тоже наплодят, и никто даже не остановится, не подумает — имеет ли он право. Жить с моложе себя, губить парня, чтобы он потом с отбитыми почками ходил и репку жрал.

 

Полина

Что вы расстраиваетесь, ещё будет у вас на улице женское счастье, поверьте мне.

 

Эля

А вот у тебя нет, не будет.

 

Полина

А у вас и не было.

 

Эля

А у тебя уже второй раз клин клином не вышел.

 

Полина

Убивает ещё детей.

 

Эля

Клин! Клин!!!

 

Рита

Напились жутко. Голова кружится. Как я домой доеду… Тётенька уже уходит, наверное… Что ей эти шестьдесят копеек… Ну что я здесь сижу, чего жду… Танька одна проснётся, будет кричать в темноте…

 

Эля

Отца в больницу провожала, намерзлась, настрадалась, спать уже ложилась, тут она является. Видите ли, охотится за мужем. А он бегает от неё за километр!

 

Полина

Я? Я не за мужем. Его ждет женщина по имени Тамара, потому что у Паши умерла мама.

 

Эля

Вот пускай его Тамарка и ищет. Тамарка Пашу, а ты под это дело ищешь Костю.

 

Рита

У Паши мама умерла!..

 

Полина

И ещё мне Тамара сказала, что тут, на этом дне рождения, будет Костина женщина, его самая дорогая, зовут Рита Дружинина.

 

Эля

Правильно. Тамарка же с Пашей разошлась, теперь начала проваливать все явки. Рита, молчи! Пашу-то надо найти.

 

Рита

Полина, он давно меня бросил.

 

Полина

Да ну, господи, я это знаю. У Тамары застарелые сведения. Теперь у Кости женщина по имени Ира.

 

Рита

Кто сказал?

 

Полина

Рита, детей не сотрешь с лица земли. А больше никто от него не родит. Он алкоголик. У него слишком большие алименты.

 

Эля

Эта дура бы родила.

 

Полина

Вот вам ваш бывший муж сколько платит алименты?

 

Рита

Когда восемь, когда десять рублей.

 

Полина

Умножить на четыре… Это что за заработок такой, не поняла.

 

Рита

Я не знаю. Как будто бы он ушёл на какие-то полставки, чтобы только не платить. Специально. Сам-то он зарабатывает на книжном рынке. Собирает ещё картины.

 

Эля

Вот тебе будет первое наследство Таньке.

 

Рита

Он ушел на полставки, потому что был против ребенка. Он настаивал на аборте. Был против Таньки. Ни разу её не видел. Мы разошлись ещё до родов.

 

Эля

А я что говорю? И мой был против, и он меня бросил. Конечно, я стала страшная, меня рвало в каждой подворотне, ревела целые дни. Много себе позволяла. Один раз целую селёдку съела. Он и сбежал от меня. Хорошо ли быть матерью-одиночкой, с отцом моложе матери на двенадцать лет, да ещё и который не хочет ребёнка знать, да ещё безо всякой надежды? Хорошо ли это ребёночку… Маленький мой… Что я наделала, о, что я наделала…

 

Рита

Да ну, Полина, бросьте, в самом деле, какая Ира… Какая там Ира… Никакой Иры. Он погибает, а вы — «Ира».

 

Полина

Ира и ещё какая-то Кольцова в книжке у него появилась. И ещё один ребёнок на стороне, страдает диатезом экссудативным. Он просил меня достать кварцевую лампу для облучения ребёнка, страдающего экссудативным диатезом.

 

Рита

Для Танюшки, это для неё. Для моей Танюшки. Давно просил?

 

Полина

Да он ещё до вас просил.

 

Рита

Когда?

 

Полина

Когда мы ещё не были женаты.

 

Эля

Детей много, плюнешь и попал в детей.

 

Полина

Отец должен быть с детьми. Баб много, а законных детей двое.

 

Эля

А я что говорю? Мой поезд ушёл.

 

Звонок в дверь.

 

Кто звонит, тот дурак!

 

Открывает, вводит Валю с портфелем.

 

Валентин

Поздравляю, смотри, что я тебе принёс!

 

Открывает портфель, показывает Эле.

 

Редкая вещь, дорогая. Через отца в спецбуфете. Слыхала? Чинзано.

 

Эля

Мы вас звали выгоняли, а вы перлись не хотели.

 

Валентин

Итальянский вермут.

 

Эля

Ты чего пришёл?

 

Валентин

В Японию еду, зашёл проститься.

 

Эля

В Японию ещё куда ни шло.

 

Валентин

Скоро взносики платить мне будешь. Я теперь заделался председателем совета молодых специалистов.

 

Раздевается.

 

Отец машину купил.

 

Входит, видит Полину и Риту.

 

О, холёсенькие. Познакомимся, Валентин, срочно вылетаю в Японию. Что это с ними?

 

Эля

У Паши, знаешь, мама умерла.

 

Валентин

Поминки?

 

Эля

Нет, ещё не похоронили. Паша куда-то пропал, без него не похоронят. Ты не знаешь, где он?

 

Валентин

Я? Откуда? Почему я?

 

Эля

Мы вот ждём Костю, он вроде обещался прийти.

 

Валентин

Да-да, он, наверное, будет. Так что посидим, подождём. А ночь-то холодная, думал я, где я ночку коротать буду… Набегался, намёрзся. А здесь тепло. А там холодно. Можно я согреюсь из вашей бутылочки, пока мою достанешь…

 

Наливает, пьёт.

 

Эля

Учти, на такси у меня как не было денег, так и нет.

 

Валентин

Все с тех пор так и не разбогатела?

 

Эля

А мама болеет, так что тише вообще.

 

Валентин

А я всё никак не разведусь. Всё езжу по заграницам, а разведённому не поездишь.

 

Эля

Это ваше дело.

 

Валентин

Надо же, Пашина мать умерла… Жалко.

 

Эля

И некому похоронить. Вот, сидим как идиотки. Куда, что…

 

Валентин

Ничего, люди кругом хорошие найдутся, наружи не оставят её. С завтрашнего дня я подключаюсь. На меня можно положиться. Я человек действия, у меня в руках всё. Девочки, не плачьте, к вам пришёл ваш мальчик.

 

Рита

Ну да, как мы с Танькой смотрим телевизор, она мне говорит: «Мама, вот видишь, кто поскакал?» Я: «Поскакали две лошадки». Она: «Нет, мамочка, это кобыла и кобель».

 

Полина

А я один раз на даче — Владик был ещё маленький, Светочка вообще ещё не родилась — вижу, Костя идёт с двумя детьми: мальчик за руку, девочка на руках. И показалось мне, что это наши будущие дети… Так это Косте шло, двое детей. Оказалось, соседская девочка, с соседнего участка… Если бы у меня родился второй мальчик, я бы повесилась, но родилась девочка. А та, соседская, всё время бегает через наш участок на улицу. Владик её гоняет, приходит, говорит: «Она, мама, нашу малину объедает». А Костя ему отвечает: «Неужели, сынок, ты у меня жадным растёшь. Ты же у меня не такой».

 

Валентин

Смирнова, как хорошо, что ты есть.

 

Конец.

 

1977 год

 

 

Уроки музыки

драма в двух действиях

 

 

действующие лица . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

 

Граня, 38 лет                    |

Нина, её дочь, 18 лет          | Гавриловы

Витя, её сын, школьник                 |

 

Иванов, муж Грани, 35 лет

 

Фёдор Иванович                           |

Таисия Петровна                          |

Николай, их сын                           | Козловы

Васильевна, бабка Николая  |

 

Клава, сестра Таисии

Дядя Митя, муж Клавы

Надя, девушка Николая

Девушки в общежитии

Анна Степановна, соседка Козловых и Гавриловых

Сергей Ильич, её муж

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

 

 

действие первое

 

картина первая

 

Сцена представляет собой большую комнату в квартире Гавриловых. Чисто, прибрано, хотя на всём лежит печать недостаточности. В углу работает телевизор. Гавриловы — Граня, Нина, Витя — смотрят телевизор. Граня и Витя лежат на кровати. Нина плачет, сидя у стола. Звонок. Витя срывается открывать. Вместе с ним кидается заплаканная Нина, в дверях удерживает Витю, спрашивает: «Кто там?»

 

Женский голос

Открой, детка, открой. Это я.

 

Нина накидывает цепочку, открывает дверь, долго смотрит, затем впускает соседку Анну Степановну. Анна Степановна — маленькая, сухая женщина, работает ночным сторожем и поэтому днём всегда свободна. Она в переднике, с закатанными рукавами. Лицо её выражает глубокое горе.

 

Анна Степановна (в пространство)

Что же это делается, а? Разлёгся, боров немытый, а? Надо милицию срочно вызывать. Позвонить по автомату.

 

Обращается к Гране.

 

Девочка-то спит?

 

Граня

Спит вроде.

 

На лице Грани всё время слабая улыбка. Это высокая, худая, кроткая женщина с серёжками, с металлическими зубами. Она говорит тихо даже в минуты волнения.

 

Анна Степановна

Что за ребёнок, что за ребёнок золотой! А? У меня такой только первый был, Гена: наестся и спит, как бутуз. Все говорили: бутуз и бутуз. А твоя Галька — тоже откуда что взялось: вроде отец

 

Осторожно показывает головой на входную дверь.

 

худущий, одни стропила. Ваши тоже, гавриловские, худые.

 

Внезапно.

 

Приехал? Прибыл?

 

Граня

Да прибыл.

 

Анна Степановна

Что делается!

 

Всплескивает руками.

 

И как же теперь?

 

Граня пожимает плечами.

 

С одной стороны, конечно, он отец твоему дитя. Отец дитя. А с другой — не простит он тебе. И не простит. Он, может, за головой твоей пришёл. Вот и подумай.

 

Нина всхлипывает. Граня рассеянно смотрит телевизор.

 

Ведь он помнит, что его посадили по тебе, по твоей причине. Помнит? Он помнит, Граня, он, когда ещё его уводили, сказал, что он сказал? «Я ещё вернусь».

 

Граня согласно кивает головой, посылает Нину в другую комнату. Оглядывает комнату.

 

Ой, и как же чисто вы живёте, как же чисто, прибрано! Но ничего. Нина будет зарплату приносить хорошую, Витька всё же в интернате, ещё купите себе и прикрыться и обставитесь. Не всё сразу, конечно. Трое детей, одни убытки. Единственно: не вешай себе на шею мужика, ну его на фиг! Когда он с тобой жил, много ты счастья видела, ну? Много? Скажи спасибо, что его на год посадили, а не на пятнадцать суток. Скажи спасибо суду ещё, в ножки поклонись: смотри, его год не было, и Галька маленькая родилась, а всё-таки дети у тебя спокойные, небитые, неруганые. И сама-то…

 

Граня

Да не ругался он.

 

Анна Степановна (не слушая)

И сама-то — как хорошо! Вечером находишься, намылишься, чистая спать идёшь, сама себе хозяйка. Надо тебе мужика — вон их сколько готовых бегает! Свой подарок всегда с собой носят!

 

Нина (входит)

Мама, Галька проснулась, есть хочет!

 

Граня уходит.

 

Анна Степановна

И не плачет? Так лежит? Губёшками шлёпает? У, золотая! Мой первый, Гена, тоже так: проснётся и головёнкой давай вертеть, и крях-крях! А не плачет! Крях-крях!

 

Смеётся.

 

Он как начнёт кряхтеть, я сразу просыпаюсь. Ни от чего не просыпалась, ни от какого крика. А мы в комнате две семьи жили, я с Генкой и со своим Сергеем, с мужем своим. И ещё одна женщина, Марта, с сыном — он в один день с Генкой родился. Мы вместе в одном родильном доме лежали с Мартой, койки рядом. Марте некуда было идти — она из детдома, да мужа нет. Я её и взяла к себе. Так её мальчик, бывало, оборётся. А я сплю, сплю. А мой Гена начнёт кряхтеть, меня сразу с кровати сдувает. Только кряхтел, а не плакал. Всё почему: потому что мы с Сергеем были спокойные. Сергей мой и сейчас спокойный, даже слишком. Всё внутри кипит, а наружу не идёт. Я только никак покою не найду, всё меня чёрт носит. У меня бельё намочено, стирать собралась. А наш Юрка пошёл вниз за газетой и приходит, говорит: у батареи в парадном Иванов спит.

 

Нина уходит. Анна Степановна говорит громко, адресуясь в другую комнату, а сама в это время смотрит телевизор. Витя тоже заворожённо смотрит телевизор.

 

А Марту я взяла к себе, хотя у меня и так повернуться было негде. Комната двенадцать метров, да печка, да нас трое, да их двое. Соседи начали возражать, пошли скандалы. Мои пелёнки висят на кухне — никто ни слова. А Марта начнёт вешать — они возражают, снимают. У нас в комнате Мартины пелёнки сушились. Туман, сырость, окно запотеет, зима была. Два месяца мы так проваландались, а потом как-то я ушла с Генкой гулять, прихожу — а Марты нет. Сама поняла, сама и ушла. Соседи, правда, два раза милицию вызывали, что Марта без прописки живёт. А я ей ни слова никогда не говорила, Сергей-то тем более. А некоторым хоть в глаза плюй, оботрётся и дальше живёт.

 

Пауза. По телевизору передают сплошные взрывы. Анна Степановна пережидает и в передышке между боями торопливо высказывается.

 

Я ведь думала, что он к тебе вернётся. Не потому, что обещал или что только о тебе думает. А потому, что ему больше некуда деваться. Помяни мое слово: он нехороший. Не бери его, на кой нам в подъезде пьянь? И Нина у тебя уже взрослая девка, зачем ей с чужим мужиком? Ей ни помыться, ни постираться.

 

Граня (появляясь в дверном проёме)

Нет, он ничего мужик. Нина ему как дочь была.

 

Анна Степановна

Ой, не бери греха на душу!

 

Граня

Что ты, что ты.

 

Ребёнок начинает вдруг плакать.

 

Анна Степановна

Ухожу, ухожу, сладкий мой.

 

Входит Нина с комком пелёнок в руках.

 

А жених-то твой из армии пришёл, знаешь? Николай-то Козловых, помнишь? Он все смеялся на тебя: вон моя невеста побежала.

 

Нина кивает.

 

Вон, говорит, моя невеста пятого класса. А он пришёл солидный такой. Сегодня вечером на такси его привезли. И девушка с ним приехала. Может быть, на вокзале его встречала, может, он из армии себе привёз, кто его знает. Ну, я побежала стирать. Мне Николай говорит: «Заходи, Степановна, на встречу». А мне некогда.

 

 

картина вторая

 

Большая комната в квартире Козловых. Расположение такое же, как и в квартире Гавриловых, но обстановка совершенно иная. Правда, телевизор стоит в том же углу, экраном от зрителя. Ковры, хрусталь, полированная мебель. Стол раздвинут. За столом сидят Козловы: мать Николая, Таисия Петровна, отец, Фёдор Иванович, сам Коля в гражданском, с усами, и его девушка, Надя Тимофеева,— образец того, как в современных условиях может себя преподнести хорошо зарабатывающая продавщица универмага, парикмахер, работница конвейера или, в нашем случае, маляр. Надя курит. Сидящая напротив неё бабка Николая, Васильевна, остолбенев, провожает глазами каждый клуб дыма, возносящийся к потолку. Тут же Анна Степановна, всё в том же фартуке и с закатанными рукавами. Она сидит на краешке стула, с рюмкой в высоко поднятой руке. У неё несколько подобострастный вид, она разрумянилась и молчит. Впрочем, за столом все очень румяные.

 

Фёдор Иванович

И хорошо служил, с удачей, как ты нам тут рассказал! И хорошо устроим работать. Не то что ранее. Ну, иди, сын, к инструменту, пора песни играть. Без тебя соскучился по пению, по вокалу. Давай, давай, потом налюбезничаешься, сейчас отец зовёт тебя к твоему делу. Зачем тебя учили шесть лет? И если бы не бросил, то бы школу закончил, справку имел. А так — псу под хвост шесть лет моей жизни. Разве что отцу подыграть, и то не допросишься.

 

Николай

Папа, да ну!..

 

Фёдор Иванович

Иди, иди, ей-богу, как в детстве тебя уговаривать: садись да садись за инструмент.

 

Николай

Я даже в армии скрывал, что знаю ноты. А лейтенант подходит ко мне, говорит: у тебя интеллектуальное лицо, будешь петь в хоре. Так я и пропал. Но ничего, часто от занятий освобождали, на смотры мы ездили.

 

Анна Степановна

Просим, просим!

 

Фёдор Иванович (готовый рассвирепеть)

Ну!

 

Николай, пожимая плечами, садится за пианино. Отец становится рядом. Видно влияние телевидения. Отец поёт: «Лишь только вечер опустится синий…» Он поёт напрягшись, не как поют за пиршественным столом — от всей души, а так, как поют люди, для которых мечтой всей жизни было петь. Такое пение обычно не производит приятного и радостного впечатления — напротив, все за столом отводят глаза. Только Анна Степановна, всем безмерно довольная, тоненько подвывает. Таисия Петровна, не обращая внимания на мужа, занимается обслуживанием гостей — собирает тарелки, уносит их на кухню. Таисия Петровна подкладывает Анне Степановне пирога. Та, очнувшись от своего забытья, кротко протестует и тут же, с полным ртом, снова подпевает, раскачиваясь на стуле. Надя наливает себе вина. Каждый её жест провожают глаза осатаневшей Васильевны. Надя нисколько не смущена, она не обращает внимания. Пение кончается. Хлопает одна Анна Степановна. Разгорячённый Николай становится за стулом Нади и наклоняется к ней, зарывшись в её взбитых серебристо-розовых волосах. У Анны Степановны горят глаза.

 

Надя

Слушай, кончай эту бодягу! Я хочу танцевать.

 

Фёдор Иванович стоит у пианино, готовый петь ещё и ещё, но Николай, взяв за руки Надю, идёт с ней к радиоточке. Николай ставит регулятор на полную мощность, звучит адажио из «Лебединого озера». Надя и Николай, прижавшись друг к другу, топчутся на месте под эту музыку.

 

Анна Степановна (внезапно схватившись за карман)

Ой, сколько время! Ой, у меня же бельё-то намочено! Ой!

 

Фёдор Иванович

Проворонила, проворонила всё на свете: твой Сергей-то небось думает, что ты исчезла с лица земли, рад небось до смерти.

 

Анна Степановна (опомнившись, холодно)

Сергей-то? Сергей мой меня встретит и проводит и никогда слова никакого не скажет.

 

Фёдор Иванович (саркастически кивает)

Да уж верно. Уж все слова ты за него скажешь, за тобой не завянет.

 

Анна Степановна убегает.

 

Побежала… Народный контроль в действии.

 

Танцы у Козловых продолжаются. Надя и Николай танцуют теперь под «Танец с саблями» Хачатуряна. Отец отходит от пианино, садится к столу. Мать несёт чайник. Бабка неотрывно смотрит на Надю, на её сапоги, на платье. Один палец у Нади перевязан.

 

Таисия Петровна (стараясь перекричать «Танец с саблями»)

Чаю попьём хоть перед тем, как разойтись по домам. А то поздний час, завтра Фёдору Ивановичу вставать в шесть утра на работу.

 

Николай (он уже совсем ошалел от своих прыжков и тоже кричит)

Какая работа, мать! Завтра воскресенье!

 

Таисия Петровна

О, у меня все дни перепутались. Садитесь всё же пить чай.

 

Николай

И рано ты гостей гонишь. В других-то домах бы сорок человек назвали и гуляли бы до утра.

 

Фёдор Иванович

В других домах одно, а у нас в дому иное.

 

Николай

Раз в жизни человек из армии приходит. Не так ли, Надя?

 

Надя

Разумеется.

 

Николай

Ух ты, красавица моя.

 

По радио начинают передавать текст. Некоторое время Надя и Николай танцуют под новости, но потом веселье само собой гаснет, и молодые садятся к столу.

 

Надя

О, торт. Я не ем торт.

 

Бабка (подаёт голос)

А что же ты ешь-то?

 

Николай (наставительно)

Бабушка, уважай вкусы других людей.

 

Бабка (роняет)

Я вас люблю и уважаю, беру за хвост и провожаю.

 

Таисия Петровна (ласково)

Ешьте, Надя, варенье. Сама варила летом, своя клубника. У нас садовый участок, такая клубника была!..

 

Надя

У вас садовый? И дом есть? Сколько комнат?

 

Таисия Петровна (ласково)

А сколько вам надо?

 

Николай

Мама, я пришёл из армии!

 

Таисия Петровна

Нет, ну действительно, сколько вот вам, молодым, надо комнат? И сколько вы оставите нам доживать свой век?

 

Надя

Нам надо? У вас есть две комнаты, не так ли? Ну, мы возьмём себе ту, которая поменьше.

 

Фёдор Иванович

Вот спасибо, удружила.

 

Надя

Потому что когда будут дети, то ведь дети спят не с папой и мамой, а с дедом и бабушкой.

 

Бабка (громко)

Шут знает что. На всех чертей похож.

 

Надя (чётким, громким голосом, без тени застенчивости)

Тут у вас много места мебель занимает.

 

Бабка

И мебель не туда.

 

Никто не обращает на неё внимания. Все, словно зачарованные, как по команде поворачивают головы к тем объектам, которым уделяет внимание Надя.

 

Надя

Мебели должно быть мало. Зачем этот сервант, эта выставка посуды? Зачем журнальный столик? У вас что, журналы? Ковры должны быть с длинным ворсом, чтобы утопала нога.

 

Николай машинально кивает головой, обняв Надю за плечи.

 

Фёдор Иванович

Конечно, мы тёмные люди. Из рабочего класса выходцы.

 

Николай

Надя тоже рабочий класс.

 

Кладёт голову Наде на плечо.

 

Бабка (внезапно)

Что ж, вам ту комнату, а я куда же? На кухню?

 

Надя

В вашей квартире, конечно, тесно трём поколениям.

 

Таисия Петровна (примирительно)

Ну, ничего, ничего. Как-нибудь да поладим. Надюша, пойдём, поможешь мне мыть посуду.

 

Надя

Только без меня, только без меня.

 

Фёдор Иванович шлёпает ладонью об стол, решительно встаёт и вслед за женой уходит на кухню. Бабка удаляется в свою комнату, тщательно прикрыв за собой дверь на бумажку. Надя шепчется о чём-то с Николаем, и тот, встрёпанный, бежит на кухню. Надя подходит к пианино и своими грубыми пальцами играет «Чижика-пыжика». В кухне все замерли и прислушиваются.

 

Фёдор Иванович

Сейчас инструмент раскурочит. Так его! Так его!

 

Николай

Ну мам! Я только пришёл, только пришёл из армии — и уже начинается!

 

Таисия Петровна

Федя, Надя хочет остаться ночевать у нас.

 

Николай

Это я хочу!!!

 

Фёдор Иванович

А она ещё больше ничего не хочет?

 

Таисия Петровна

Федя. Обожди. Ну подумаешь, маму положим на кушетку, сами вдвоём на тахте.

 

Николай

Поночуете ночку!

 

Фёдор Иванович

Кабы одну ночку, а то ведь потом и не уйдёт.

 

Николай (весело)

А может, мне уйти?

 

Фёдор Иванович

Ты помолчи, Коля, пока тебе ещё язык не укоротили. Больно много говоришь сегодня.

 

Николай

Пошло дело.

 

Фёдор Иванович

Ты как это с отцом?

 

Большая комната. Надя играет «Чижика». Коля несёт из бабкиной комнаты подушку, простыни у него волочатся по полу. Бабка бежит следом и подбирает простыни. Таисия Петровна несёт в бабкину комнату свежее бельё. Все происходит чрезвычайно быстро под «Чижик-пыжик», и вот уже бабка в ночной рубашке сидит на кушетке и тупо смотрит на свою дверь, за которой скрываются Надя и Николай. Дверь закрывается на бумажку.

 

 

картина третья

 

Утро у Гавриловых. Граня проносит ребёнка в кухню. По дороге задерживается около Нины.

 

Граня

Чудо ты. Ему ведь сначала некуда деваться, вот он и приехал. А так — он уйдёт. И нечего ему было в подъезде валяться. Все бы говорить стали. Подумаешь — он в ванной переночевал. Я ему тряпок на пол накидала.

 

Уходит. Приходит Витя.

 

Витя

Иванов на кухне сидит с Галькой.

 

Нина

Ничего, он скоро уедет.

 

Витя

Он говорит, что будет теперь где его дочь.

 

Нина

Его ведь мама не пустит к нам жить.

 

Витя

Она ему говорит: уходи ты, бога ради. Ведь снова всё начнется. А он — нет. Нет, нет и нет. Говорит, я понял. Она ему побриться зеркало дала.

 

Нина

Тоже ведь неудобно, если он поедет от нас в таком виде.

 

Витя

И она ему сказала: подожди, завтракать будем.

 

Нина

А где Галька? Возьми её.

 

Витя

Он её держит на руках. Она сказала: ты сейчас бриться будешь, отдай Гальку. А он говорит: погоди и погоди.

 

Нина

Это он трезвый такой. Витя, Конечно.

 

Нина

Иди за Галькой. Если он бриться будет, а мама завтрак готовить, им всё равно Гальку некуда девать.

 

Витя уходит. Нина бессмысленно смотрит в окно. Витя приходит.

 

Витя

Мама туда коляску отвезла. Они Гальку в коляску положили. Он бреется и на Гальку смотрит.

 

Нина

А мама?

 

Витя

А мама кашу варит.

 

Нина

Он скоро уйдёт.

 

Витя

Мама говорит, чтобы он ехал в деревню к нашим. Она письмо ему даст. А летом всё равно она Гальку туда повезёт, к бабушке.

 

Нина

Конечно! Он там работать будет. Хоть кем, хоть сторожем.

 

Витя

Да, он напьется, и всё, и никаких сторожей. Его и выгонят. У тёти Маруси у самой дядя Ваня такой. Она говорила маме: что твой Иванов беспробудная рожа, что мой Иван.

 

Нина

Ничего, он уедет как-нибудь.

 

 

картина четвертая

 

Утро у Козловых. Постели убраны. Стол накрыт. Мать в праздничном, отец в расстёгнутой у ворота белой рубашке, бабка в платке с цветами сидят за столом и ждут, что будет. Дверь открывается, бумажка падает. Появляется Надя — без грима, в своём серебряном платье и тапочках на босу ногу. За ней идёт, жмурясь, Николай.

 

Николай

Мама, дай Наде полотенце умыться.

 

Таисия Петровна (как ни в чём не бывало)

Сейчас, деточки.

 

Достаёт из шкафа большое полотенце. Николай берёт его. Молодые удаляются. Слышен шум воды, потом дверь в ванную закрывается. Мать возвращается к столу, пожимает плечами. Отец принимается за еду. Все начинают смотреть телевизор, по которому идёт какая-то детская передача. Поёт маленький мальчик.

 

Бабка

Всё расставила, разобрала по местам. Нам уже всё уготовано. Потеснимся, перемрём, детям уступим, смертию смерть поправ. Вы тут, мы там, внуки с дедами, а бабку на погост. И ковёр ей мелкий.

 

Таисия Петровна

Всё ей нравится даже слишком. Была бы её воля! Всё ей нравится. Она ведь из общежития. Она на нашу квартиру намаслилась. Это да. А наш Николай ей ни на что не нужен. А он тянется вообще уйти за ней. Она только моргни.

 

Бабка (подумав)

Хичница.

 

Фёдор Иванович

Ещё как! У нас и то таких нет. Я лично такую кралю бы к себе не оформил.

 

Таисия Петровна

Она маляр на стройке.

 

Фёдор Иванович

Тоже бывают разные маляры. А эта сразу себя показала.

 

Таисия Петровна

А она мне ещё в прошлый раз, когда без Николая приходила знакомиться, не понравилась.

 

Фёдор Иванович

Я только одного не пойму: почему она так себя ведёт, а? Почему у неё так всё сразу наружу выскакивает? Другая бы и посудку помыла, и на стол помогла бы собрать, и язык бы придержала, раньше времени не выставлялась! Всё-таки к жениху в дом попала!

 

Бабка (прыскает)

К жениху!

 

Фёдор Иванович

Нет, ну почему, неужели она не понимает, что так нельзя! Всех обложила за мебель.

 

Бабка

А он ей, этот гарнитур, и во сне не приснится.

 

Фёдор Иванович

Переночевала ночь с чужим парнем, а?

 

Таисия Петровна

Правда, можно было Коле раскладушку в кухне поставить.

 

Бабка

А они поженятся, так я в кухне на раскладушке буду.

 

Фёдор Иванович

Кто о чём, а паршивый о бане.

 

Бабка

Конечно. Колька женится, я на кухне жить буду, а Коле нашему и вам по комнате будет, и всё. А потом я дальше кухни пойду, в землю.

 

Таисия Петровна

Вечно ты со своим: в землю. Как чуть что, так ты уходишь в землю.

 

Бабка

А куда прикажете? Здесь мне места не будет, я своё отжила. У Клавди у самой некуда. В богадельню разве.

 

Таисия Петровна

У Клавди квартира такая же, а беспорядку больше.

 

Бабка

Не кричи на мать-то.

 

Таисия Петровна

Кто тебе слово-то сказал?

 

Молчание. Шум воды.

 

Фёдор Иванович

Вчера эта Степановна пришла, давно её не видели. Вынюхивать пришла, какая-такая невеста к Николаю приехала. Зачем её приглашала-то?

 

Таисия Петровна (кипит негодованием)

Это Николай её позвал, ему дай волю, он позовёт весь двор, всю шпану.

 

Бабка

Теперь и не отплюёшься. Все скамейки во дворе знать будут.

 

Фёдор Иванович

Да пошли они все.

 

Через комнату идёт процессия. Надя впереди, Николай следом. Снова дверь закрывается на бумажку.

 

Бабка

Ни здравствуй, ни прощай.

 

Таисия Петровна (преувеличенно громко)

Чаю кому налить? Коля! А Коля! Вы чай или кофе растворимый будете?

 

Николай (из комнаты)

Ладно тебе, мам!

 

Фёдор Иванович

Не лезь к ним, видишь, они недовольны.

 

Выходит Николай, тщательно закрывает за собой дверь на бумажку.

 

Николай

Ну, с добреньким утром!

 

Фёдор Иванович

С добрым утром, тогда-то мы не успели поздороваться.

 

Николай

То не в счёт. То вы должны были закрыть глаза и растаять. Всё потому, что у нас проклятые смежные комнаты. Теперь всю дорогу так будет: «Извините, мы не помешали?» — и так далее.

 

Фёдор Иванович

Почему же это? Почему это так будет?

 

Таисия Петровна

Федя.

 

Фёдор Иванович

У меня ещё никто не спрашивал, между прочим, как в моём доме будет. Я пока ещё нахожусь в своём собственном доме.

 

Николай

А я как будто бы что? Не нахожусь?

 

Фёдор Иванович

А ты у своих родителей в доме, понял?

 

Николай

Господи! Да я что здесь, из милости?

 

Таисия Петровна

Отец, пойди на кухню, у меня там посмотри, не сгорел ли пирог.

 

Фёдор Иванович (в сердцах)

Пирог!

 

Уходит.

 

Таисия Петровна

Коля, Коля, ну что ты! В самом деле!

 

Николай

Надя ко мне в Сызрань приезжала два раза. Она моя жена.

 

Таисия Петровна

Она к тебе два раза приезжала, а отец на тебя всю жизнь положил. Учил тебя, кормил.

 

Николай

Я своим детям не буду так говорить.

 

Таисия Петровна

До своих ещё дожить надо. И вырастить самим.

 

Николай

Начинается!

 

Таисия Петровна

Никто ведь тебе ничего не сказал, правда? Всё надо обсудить по-тихому, спокойно.

 

Николай

А пока что вы ей в душу плюёте.

 

Таисия Петровна

Слушай, ей, по-моему, всё как с гуся.

 

Входит Надя.

 

Надя (своим дерзким голосом, без выражения)

Что за шум, а драки нету?

 

Николай

Нет и не надо. Садись пить чай.

 

Таисия Петровна

Садитесь, садитесь, Наденька, в ногах правды нет.

 

Надя садится.

 

С добрым утром вас.

 

Надя

С добрым утром.

 

Бабка

Поздоровкались.

 

Входит Фёдор Иванович.

 

Фёдор Иванович

Тая, пирог забирай.

 

Таисия Петровна уходит, Фёдор Иванович садится.

 

А, кого я вижу! Здорово!

 

Надя

Здорово.

 

Фёдор Иванович

Что же это такое, в такой день — и без вина. Коля, давай похлопочи, сбегай за уголок. Выпьем за невесту и брак.

 

Николай

Вот папа! Сообразил! Надо же! Я мигом. Надя, ты тут не балуйся.

 

Убегает.

 

Фёдор Иванович

Деньги у меня в пальто в кошельке!

 

Пауза.

 

Ну а пока, что ли, чаю выпьем.

 

Надя

Я чаю не пью. Я вино буду ждать.

 

Фёдор Иванович

Мешать не хочешь? Понимает, а? И то хорошо.

 

Бабка

Хоть стой, хоть падай.

 

Фёдор Иванович

У меня тёща — золотая баба. Она всегда правду режет. Ты ещё сомневаешься — сказать не сказать, а она уже брякнула.

 

Надя

Это признак невоспитанности.

 

Бабка

Охо-хо-хо-хо! Ой, рассмешила!

 

Смеётся, закашлялась.

 

Фёдор Иванович

Нет, конечно, какая воспитанность у нашей бабки! Она фабричная, она ткачиха. Образование три класса, четвёртый коридор. И вся культура. В цеху какая культура? Там мать-перемать. Вот у вас на стройке — там да. Там «здравствуйте» говорят, когда приходят, «спасибо», когда раствор подают, «извините», когда на ногу наступят. А в общежитии, там вообще небось лекции читают про культуру быта. Про то, как себя надо вести в чужом доме.

 

Надя

Недавно нам читали лекцию о любви и дружбе.

 

Бабка

О любви и дружбе под забором.

 

Надя

Нет, просто о любви и дружбе. Что такое любовь и как с ней бороться. У вас спички не найдётся?

 

Фёдор Иванович

А мы с бабкой не курим.

 

Надя

А мне в зубах поковырять. Пойду на кухню.

 

Входит мать с пирогом.

 

Таисия Петровна

Наденька, куда?

 

Фёдор Иванович

Она за спичками.

 

Таисия Петровна (вслед)

Там у плиты, на полочке.

 

Молча сидят за столом. Смотрят телевизор. Хлопает дверь.

 

Фёдор Иванович

Коля пришёл! Коля!

 

Молчание.

 

Николай!

 

Молчание.

 

Таисия Петровна

Наверное, пошёл к Наде на кухню.

 

Фёдор Иванович

Пройда девка. Кому хочешь глотку перегрызёт.

 

Таисия Петровна

Коля выбрал, Коля знал.

 

Фёдор Иванович

Колька-то выбрал! Его, скажи, выбрали и на верёвочке потащили.

 

Таисия Петровна

Ну а что? Я вон тебя тоже выбрала.

 

Фёдор Иванович

Я один-то у тебя и был, выбирать было не из кого. Один на тебя польстился.

 

Бабка

Чего вспомнил! А не вспомнил, как я тебя в дом не пускала? Придёт, сидит, глаза об дверь мозолит. Когда Тая придёт да когда Тая придёт. Я тебя и добром просила уйти, и веник брала. Уйдёт и у парадного встанет. Клавдю посылала посмотреть, она придёт: стоит, мама. Куда ж ему деваться.

 

Фёдор Иванович

Да уж, невоспитанная ты была, невоспитанной и осталась. Правду Надя сказала.

 

Бабка

Ты больно зато воспитанный. Как поселился, так показал свой кипучий нрав. Как ещё выселить тебя, не знала.

 

Таисия Петровна

Мама!..

 

Бабка

Руку на меня поднимал.

 

Фёдор Иванович

Э-э-э… Замолола.

 

Хлопает дверь.

 

Таисия Петровна

Что это?

 

Входит Николай, румяный, запыхавшийся.

 

Николай

Народу! Несмотря на утренний час. Бутылку сухого взял. А где Надежда?

 

Таисия Петровна

Она на кухне.

 

Николай

Выжили?

 

Уходит, возвращается.

 

Она ушла. Всё.

 

Садится в пальто на стул.

 

Бабка

И хорошо.

 

Фёдор Иванович

Девки всегда ломаются. Ничего, ничего.

 

Таисия Петровна

Меня здесь не было. А что случилось-то?

 

Бабка

Она на меня сказала: невоспитанная. Невоспитанная я для неё.

 

Николай

Бабушка, эх, бабушка ты.

 

Таисия Петровна

Раздевайся-ка.

 

Николай

Я за ней поеду.

 

Таисия Петровна

Вот тебе и раз! Куда ты поедешь-то? Может, она и не в общежитие сейчас. Может, ещё куда.

 

Николай

А куда ей ещё? У неё здесь никого нет, она вообще сирота.

 

Таисия Петровна

Ну ладно. Выпьешь чаю, возьмёшь пирог, эту бутылку свою… Что ещё? Бутербродов наделаю. Конфет там, печеньица. Раздевайся, позавтракай и поедешь.

 

 

картина пятая

 

Завтрак у Гавриловых. За столом Витя, Иванов, Граня. Тут же коляска.

 

Граня

Надо бы со свиданьицем, да нету денег. Нина в четверг получку принесёт, у неё ученическая, двадцать три рубля. А я в тот понедельник только получу.

 

Иванов

Я сказал — всё! Никакого.

 

Граня

Да рюмочку бы можно, но нет на что.

 

Иванов

Сказано.

 

Граня

Теперь о прописке. Только ты уж не пей. А то не пропишу. А прописаться тебе у меня вообще нельзя.

 

Иванов

Нельзя?

 

Пауза.

 

Граня

Кто ты здесь есть? Скажут: кого к тебе прописывать? Прохожего мужика?

 

Пауза.

 

Иванов

Это-то да.

 

Граня

Вот и думай.

 

Пауза.

 

Иванов

А что думать?

 

Граня

Что?

 

Иванов

Пойду, завербуюсь.

 

Граня

Да я ж тебя не гоню.

 

Иванов

Всё равно не пропишут.

 

Граня

Не пропишут просто так.

 

Иванов

А как?

 

Граня

Как, как. Мужа к жене пропишут, вот как.

 

Иванов

А мы же с тобой…

 

Граня

Ну и что…

 

Иванов (наконец-то понял)

А что, давай, что.

 

Граня

Соседи тебя там выписали, на Зелёном шоссе. Я узнавала. Как полгода прошло, так и выписали.

 

Иванов

Я тоже ходил. А им что обо мне думать. Им же лучше.

 

Граня (переживая)

Я туда приехала, а Митревна мне через цепочку еле открыла, говорит: «Нечего тебе сюда шастать, Иванова мы выписали». Новый жилец, что ли, там живет. Вить, позови Нину, а то стынет.

 

Витя

Она не пойдёт.

 

Граня (быстрый взгляд на Иванова)

Что это: не пойдёт! Как это не пойдёт! Ну-ка, чтобы быстро шла! Чтобы я два раза не говорила!

 

Витя подходит к двери в смежную комнату.

 

Витя

Мама говорит, чтобы ты шла. Иди, а то она сама придёт.

 

Нина боком выходит, садится.

 

Граня

И чтобы у меня без этих… Живо всыплю… Не посмотрю, что уже невеста…

 

Иванову.

 

Николаю Козловых она невеста… С седьмого этажа… А я не посмотрю.

 

Иванов кивает. Он теперь, в его состоянии, приемлет абсолютно всё. Нина оскорблена.

 

Да нет, я пошутила. Это Колька Козловых, когда Нина была ещё маленькая, с Витькой нашим всё гуляла… Он говорил: «Вот она, моя невеста». Конфеты ей дарил. Нина была маленькая, а Витька наш был толстый, большой, как вот Галька сейчас растёт. Она его еле на руки подымала. Её во дворе так и звали — Колькина невеста. Теперь он из армии пришёл, теперь у него небось и своя невеста есть. Степановна говорила, что он из армии в такси приехал, и с девушкой.

 

Молча едят. Разговор не клеится.

 

Так что Нина у нас теперь невеста без места. Ну? Чего не смеёшься, а? Я всё вам отдала в своей жизни. Ну?

 

Иванов

Им что. Им что!

 

Граня

Помолчи, твоё дело молчать.

 

Иванов

Можем.

 

Граня

Скажи хоть словечко матери.

 

Нина

Я не против, что. Пусть поест с нами. Его вещи в чемодане, я сейчас принесу.

 

Приносит чемодан.

 

Здесь всё. Я выстирала, выгладила.

 

Иванов

Что ж, спасибо.

 

Хочет встать.

 

Граня

Сиди-ка. Сейчас чай будем пить.

 

Иванов

А я говорю, спасибо.

 

Граня

Да сядь. Где ты такую власть взяла? Где это выучилась людей выгонять? А?

 

Нина

Да пусть чай пьёт.

 

Иванов

Извините, если что.

 

Пытается встать, но Граня его усаживает.

 

Граня

Не пусть чай пьёт! Не пусть чай пьёт! Решительная какая!

 

Нина

Если у нас негде жить, это не значит, что кто-то гонит. Можно жить у тёти Маруси нашей в Чулкове.

 

Граня

У тёти Маруси в избе трое детей, да бабушка, да дядя Иван. Больно нужно тёте Марусе. Вы ездили к тёте Марусе на лето, больно вы там кому нужны были!

 

Витя

Мы там ягоды… грибы собирали… В пруду купались. В Чулкове хорошо. Места в избе много. Тётя Маруся в колхозе всё время, дядя Иван когда спит, когда на работу ходит. Тоже их нет. Одна бабушка с нами.

 

Граня

Здравствуйте! Радио включили! Давно тебя не слышали, разговорился.

 

Витя

Сергей безрукий всё приглашал: приезжайте к нам, у него братнина изба пустая. Целая изба! С печкой, с подполом, с сараюшкой.

 

Нина

Там можно сторожем устроиться ночным.

 

Граня

Витя, наливай чаю.

 

Нина

Я сама.

 

Встаёт.

 

Билет дотуда восемь рублей. Мы сами всегда с Витькой бесплацкартным ездим.

 

Иванов

В таком случ’ае… в таком случ’ае… Спасибо, что же, спасибо. Я могу на Север завербоваться.

 

Витя

Чулково тоже на Севере! А летом туда Гальку мама привезёт.

 

Иванов

Это как хотите. Ваше дело, семейное.

 

Граня

Не слушай ты их. Дети.

 

Иванов

Дети от яблони недалеко падают.

 

Граня

А что же ты хочешь? Чтобы тебе красный ковёр расстелили, как космонавту? Наготовил тут делов, наготовил, под суд пошёл и думаешь, что дети тебя примут?

 

Иванов

Под суд ты меня подвела, это точно.

 

Нина (вскрикивает)

Мама!

 

Иванов

Да небось. Я думал, семья, к дочери ехал, к жене. Думал, по-человечески.

 

Граня

Всё и есть по-человечески. Всё не сразу. Если ты человеком будешь, всё будет по-человечески. Человеком, а не скотом пьяным. Понял?

 

Иванов

Чтобы ты так меня поняла.

 

Нина

Мама, ну что ты с ним разговариваешь?

 

Граня (Иванову)

А ты не видишь, что я тебя понимаю? Кто тебя от батареи поднял? Я тебя привела, ни на кого не посмотрела, ни на детей своих, ни на кого.

 

Иванов

Это ты точно. Это я тебя знаю.

 

Нина

Мама, ну с кем ты? Что ты!

 

Граня

Знаешь? Ты меня и другой знаешь. И я тебя другим знаю. Лучше бы не знать.

 

Иванов

Опять верно. Это я тебе обещал.

 

Граня

Обещал-то обещал…

 

Нина

Мама, он что, у нас будет?

 

Граня

Ты голоса не поднимай.

 

Нина

Он у нас будет? А?

 

Плачет.

 

О-о-о, что делать, что делать, люди, люди…

 

Пошатываясь, встаёт от стола.

 

 

картина шестая

 

Нина стоит у подъезда. Обычная картина двора: горка ящиков в углу, скамейка рядом со ступенями, окна, наглухо завешенные. Нина стоит совершенно неподвижно, она в валенках, в платке. Мимо Нины идёт из подъезда Николай. Он с сумкой, в которой бутылка, свёртки, коробки, пакеты.

 

Николай

О, невеста! Ты в каком сейчас классе?

 

Нина

Ни в каком.

 

Николай (не обращая внимания на сердитый тон Нины)

Не может быть! Что, уже закончила школу?

 

Нина

Закончила… Ходить туда закончила…

 

Николай (для проформы)

И чем занимаешься?

 

Нина

Работаю. Ученицей.

 

Николай

Где?

 

Нина

А в гастрономе.

 

Николай

Поближе к котлу, значит. А выросла! Всё теперь. Хотел тебя конфетой угостить, да не угостишь, а то ещё чего подумаешь. Ну, побежал.

 

Нина

Счастливо.

 

Отворачивается.

 

Николай

Ещё увидимся! Соседи!

 

Уходит. Нина стоит спиной к залу.

 

 

картина седьмая

 

Женское общежитие. Четыре кровати, шкаф с зеркалом, посередине круглый стол. Обстановка как в гостинице, только на окне, на шпингалете, висит вешалка с Надиным платьем, у каждой кровати на стене прибит коврик или палас, на тумбочках стоят флакончики, баночки, коробки пудры и т.д. За столом сидит Надя, в халате, нога на ногу, в тапочках, и жуёт. Входит Николай, предварительно постучав и не получив ответа.

 

Николай

Там у вас было открыто… Здравствуй, Надежда моя!

 

Надя

Здорово.

 

Перед Надей на столе батон, нарезанная колбаса, бутылка молока, пачка сахару. На полу чайник.

 

Николай

Обедаешь? А чего у нас не поела?

 

Снимает пальто и аккуратно вешает его на нарядное платье Нади, висящее на окне.

 

Загордилась… Ушла, не дождалась. Подумаешь, обидели тебя. Меня ещё не так, бывало, обижали. Свои же люди, родители, что с них взять, а? К ним же потом и возвращаешься.

 

Надя, не переставая жевать, задумчиво смотрит на Николая. Николай выставляет на стол бутылку, отодвигает Надины припасы, выкладывает из авоськи пирог, печенье, бутерброды, пакеты, кульки.

 

Николай

Что это ты ешь какую сухомятку. Вот, угощайся, пока я жив! Здесь ещё бутерброды мама дала.

 

Садится, довольный. Надя, не вставая, стучит кулаком в стену. В дверь робко царапаются. Смущённой цепочкой входят девушки в халатах, одна в пижаме, одна в зимнем пальто и шапке.

 

Надя

Угощайтесь вот, вас угощают. Налетай, подешевело.

 

Надя берет кулёк и переворачивает его над столом. Конфеты сыплются градом. Это как сигнал. В мгновение ока исчезла со стола бутылка, ловкие пальцы разорвали картонную крышку коробки от печенья, пятерни полезли разламывать пирог, потекло варенье. Николая почти не видно за спинами сгрудившихся у стола девиц. Надя в стороне, на своей кровати. Самое поразительное в этой расправе с Николаевым угощением — это залихватская безжалостность, дикое озорство и даже издевательство над жалкими продуктами питания. Варенье размазали по газете, печеньем стали кидать в форточку и попали в Николаеве пальто, так что оно сразу стало пятнистым от муки. Николай бросился чистить пальто, а ему в этот момент налили за шиворот вина из бутылки. Николай сначала пробовал смеяться вместе со всеми, потом стал разочаровываться, скучнеть, затем страшно обиделся, побагровел и стал сопротивляться.

 

Николай

Кончайте, в конце-то концов!

 

Выведенный из себя Николай пытается хватать девушек за руки, когда сдёргивают на пол его пальто.

 

Девушка с завязанным горлом

Он драться, драться! Ах гад!

 

Надя в это время безучастно сидит на кровати со своими свёртками и пьёт молоко из бутылки. Внезапно в дверь звонят. Девушка в пальто и съехавшей набок шапке идёт в прихожую. Она кричит оттуда.

 

Девушка в пальто

Там Семёнову спрашивают.

 

Девушка с завязанным горлом

Она к родне в Каширу уехала, приедет завтра утром.

 

Девушка в пальто исчезает. Следом за ней вон из комнаты тянутся остальные. Николай, помятый, в мокрой рубашке, вытряхивает своё пальто, которое лежало на полу.

 

Николай

Ты так со всеми гостями поступаешь? Красиво. Я ехал, мать тебе пирог испекла. Ночью тесто ставила. Скажи мне, кто твой друг, и я скажу тебе, кто ты есть. Мама тебе бутербродов положила, как порядочной. Тем более ночевать оставила. Знаешь, после такого…

 

Надя (своим величественным металлическим голосом, почти провозглашает)

Прости меня, Коля, что я тебя испортила!

 

Николай (задохнувшись, изумляется)

Ты меня?

 

Надя (не слушая)

Прости, что испортила, да. Но ты мне не подходишь.

 

Николай, зверски обиженный, натягивает своё уже вычищенное пальто, долго кружит по комнате среди мусора, копается в объедках, наконец вытаскивает из-под стола свою авоську, вытряхивает и прячет в карман.

 

Николай

Так, да? Так, да? Извините тогда. Что помешал.

 

Надя поднимает руку, включает радиоточку. В комнату врывается бурный марш «Прощание славянки». Николай под этот марш уходит. Надя поднимает с пола вешалку со своим выходным платьем, встряхивает его и опять вешает на окно.

 

 

картина восьмая

 

Тот же двор. Нина катает коляску у подъезда. Из подъезда к ней спускается Витя.

 

Витя

Нин, мама велела уже Гальку домой везти.

 

Нина

Вези.

 

Витя

Мама сказала, чтобы ты везла.

 

Нина

Не пойду я.

 

Витя

Мама сказала, Галька замёрзнет.

 

Нина

Ну и пусть сама её берет. Я домой не вернусь.

 

Витя (с укором)

У ты какая!

 

Молчание.

 

Нина

Да не замерзла она. Я носик пробовала, вот сейчас попробую.

 

Наклоняется над коляской.

 

Тёплый.

 

Витя

Он там в ванну пошёл купаться.

                                  

Нина

Пусть.

 

Витя

Мамка постель перестилает.

 

Нина

А мне что?

 

Витя

Где я теперь спать буду?

 

Этот вопрос Витя произносит скорее задумчиво и риторически, нежели в практическом смысле.

 

Нина

На моей.

 

Витя

А ты?

 

Нина

А я под батареей, в парадном.

 

Витя

Я вот маме скажу.

 

Нина

Подумаешь!

 

Витя

Всё маме скажу, вот увидишь!

 

Пауза.

 

Идём домой, Нинка. Будем жить в комнате втроём с Галькой. Вот честно. Им ту комнату, нам эту. И всё. Честно! Замок вставим. Он к нам не войдёт даже.

 

Нина

А он возьмёт палку, как тогда, и в дверь садить будет.

 

Витя

А мы уши заткнём.

 

Нина

Гальке не заткнёшь.

 

Витя

А я ему пистолетом. Т-д-бахх! Мой-то пистолет, он стреляет присосками. Пхх — в лоб ему присоску.

 

Нина бледно усмехается.

 

Нин, пойдем домой! Сейчас по телевизору будут мультики.

 

Нина

Не хочу я твои мультики.

 

Витя

А хочешь, хочешь! Пошли. Сядем все и будем смотреть.

 

Нина

Не пойду. Бери Гальку.

 

Витя

Нет! Мама сказала, ты!

 

Убегает. Нина стоит, катает коляску от себя и к себе. Появляется Николай с пустыми руками. Николай сворачивает к подъезду и натыкается на Нину.

 

Николай

Ну что, меня ждёшь?

 

Нина молчит, безучастно катая коляску.

 

Ты чего молчишь? Жених, можно сказать, из армии пришёл, а ты молчишь, никак не поприветствуешь. Ну?

 

Нина молчит, покачивая коляску.

 

Ты, я вижу, даром времени тут не теряла.

 

Кивает на коляску.

 

Замуж вышла?

 

Нина

Нет.

 

Отворачивается.

 

Николай

Одинокая мать?

 

Нина

Ну что ты ко мне привязался? Это моей мамы девочка. Моя сестра. Ну?

 

Николай (присвистнув)

Твоя мать родила?

 

Нина

Да.

 

Николай

Она же старая.

 

Нина

Ей тридцать восемь, какая старая?

 

Николай

Замуж вышла, да?

 

Нина

Нет. Вообще-то не знаю, собирается вроде.

 

Николай

Собираться-то все женщины собираются, а на практике выходит по-другому.

 

Нина

Нет, он-то сам хочет пожениться.

 

Николай

А она думает?

 

Нина

Она думает. Куда ей лишнего мужчину себе на шею вешать. Ему стирать, готовить и так далее.

 

Николай

Ну, это значит, она его не любит. Я, когда женюсь, долго с женой чикаться не буду. Так: «Койку заправить! Раз-два!»

 

Нина слегка улыбается.

 

Ну ладно. Ты что, с утра так и гуляешь?

 

Нина

Так и гуляю.

 

Николай

Понятно. Свежим воздухом. Ну ладно. А то меня ещё сегодня в одно место приглашали. Ребята собираются, то, другое. Ещё надо успеть чего-нибудь купить.

 

Нина

К Борису, что ли?

 

Николай

А что?

 

Нина

У него диски, говорят, отличные.

 

Николай

Нет, не к Борису. Ну ладно, пока.

 

Нина

Счастливо.

 

Николай убегает. Выходят Анна Степановна с тазом мокрого белья и её муж, Сергей Ильич, с баком белья. Анна Степановна останавливается возле коляски, заглядывает внутрь, чмокает, приговаривает: «У, ти милий!»

 

Анна Степановна

Здравствуй, Ниночка. Чёрт его не знает, дома сохнет — всё не то, не тот запах. Привыкла ещё со старого дома вешать на улице. А ты что, я из окна смотрю, всё гуляешь и гуляешь тут? Тебя кто обидел? Ох, всё не к добру, не к добру. Пошли, Сергей, отдохнули.

 

Они вешают в отдалении бельё. Анна Степановна подбегает.

 

Нинок, ты, пока стоишь с девочкой, покараулишь бельё?

 

 

картина девятая

 

У Козловых. Стол накрыт, за столом гости — Клавдия, сестра Таисии Петровны, и её муж, дядя Митя. Входит Николай.

 

Клавдия

О, Николай-воин! Красавица стал парень!

 

Гости едят и пьют. Дядя Митя ест мало и с осторожностью, разглядывая каждый кусок и задумчиво, с прислушиванием к внутренним ощущениям, пережевывая.

 

Кто вверх, а кто вниз. Мы-то с дядей Митей вниз растём, правда, Николай?

 

Николай

Ну что вы, тётя Клава, вы ещё самая ягодка.

 

Клавдия

Да дай я тебя расцелую, племя моё!

 

Целуются.

 

Фёдор Иванович

Ну, сынок, раздевайся, садись с нами. У нас, видишь, со стола не сходит. Я думал, ты вдвоём придёшь, а?

 

Николай

Я ещё должен тут в одно место направиться.

 

Фёдор Иванович

Да что тебе место?

 

Он разгорячён от выпитого.

 

Что место? Уважай свою родню, дядю Митю и тетю Клаву прежде всего, они пришли по зову сердца, может, они что хорошее посоветуют, раз родители тебе — плюнул и растёр.

 

Николай (молчащей матери)

Мам, пойдём в ту комнату.

 

Николай и мать уходят.

 

Клавдия

Секреты, секреты и секреты.

 

Таисия Петровна входит.

 

Клавдия

Секреты, говорю.

 

Таисия Петровна (пожимая плечами)

Да рубашку просил на сменку.

 

Клавдия

Уже живо замарала ему рубашку. Помадой, что ли?

 

Таисия Петровна

Не видела. Не показал. В пиджаке был.

 

Из комнаты, направляясь в ванную, идет Николаев руках у него скомканная рубашка.

 

Коля, брось там в грязное, я постираю.

 

Николай

Я сам, что ты.

 

Клавдия

Как об матери заботится!

 

Николай выходит. Пауза. Дядя Митя осуждающе качает головой. Он недоволен Клавдией.

 

Ну и что? Правильно, об матери заботится, ему надо заботиться об ней, она у него одна — мать.

 

Дядя Митя опять качает головой.

 

Дядя Митя

Зарапортовалась.

 

Клавдия

А что я сказала?

 

Фёдор Иванович

Пусть, пусть сам постирает. Значит, стыд есть.

 

Клавдия

Вообще-то парня жалко. Вас-то что, вы свой век отжили. А парня жалко, что он с начала жизни связался с лахудрой. Вы-то что, перебьётесь. Подумаешь, делов-то куча, уступите им ту комнату, а сами с бабкой поночуете. Не молоденькие, не покраснеете. Мать есть мать, раньше с ней и то в одной комнате жили. А мы как с Митей жили? Мы с Митей, да его мама, да бабка Варя, это раз, да брат Мити, да братнина жена. Да у нас Костя родился. И все в одной комнате двадцать метров.

 

Фёдор Иванович

И ругались, как собаки.

 

Клавдия

А ты как думаешь? Иногда и пособачишься, а бабка Варя всё мирила. Бабка Варя-то, а? Мить?

 

Дядя Митя

Бабка прелесть, в отличие от тебя.

 

Клавдия

Сказанул своё словечко.

 

Дядя Митя

Что людям в жизнь вмешиваться?

 

Клавдия

Так ведь позвали зачем?

 

Дядя Митя

Не знаю, зачем звали, а знаю, зачем тебе занадобилось идти.

 

Клавдия

Ой, ой, понёс околесину.

 

Дядя Митя

Потому что тебе всегда в чужие дела надо влезть. Всегда ты первая ползёшь.

 

Клавдия

Совсем со своими шахматами озлобился. Тебе не дали первого-то разряда, вот ты на мне и срываешь. Пешка два! Конь три!

 

Бабка

Клавдия, хватит! Всё тебе не так. Пил Митя — не то было. Язву получил — опять тяжело. Теперь в шахматы играет — снова тебе не подходит. Ты вспомни, как ты жалела, когда Митя всё о болезнях, всё о болезнях? А? Говорила, лучше бы пил, как все люди, а то от него аптекой несёт.

 

Дядя Митя

Ладно. Теперь на меня перекинулись.

 

Входит Николай.

 

Клавдия

Садись, садись с нами, со старьём посиди. Успеешь убежать. Женишься, тогда поймёшь, что бегать было незачем.

 

Фёдор Иванович

Сядь, посиди с нами.

 

Николай

Пап, я пойду. Хотя ладно, поем. Я есть хочу, вот что, товарищи.

 

Таисия Петровна

Плохо тебя там, видно, кормили. Я же столько бутербродов наделала.

 

Клавдия

Не тем его кормили, а тем, от чего аппетит разыгрывается. Верно, Коля? Выпьем давай.

 

Дядя Митя

Да ешь, не слушай их. И не пей. Я вот тоже не пью, а только ем, нас с тобой будет двое. Чаю выпьем.

 

Клавдия

Выпей лучше со мной, Коля.

 

Пьют.

 

Слышали мы, слышали про твою девочку.

 

Николай

Что это вы слышали?

 

Клавдия

Что умная, что ничего не боится, самостоятельная, что на стройке вкалывает. Она что, подсобница?

 

Николай

Подсобница.

 

Фёдор Иванович

Маляр.

 

Клавдия

А хотя бы и подсобница! Не всё ли тебе, Коля, равно? Ты же жену не за учёность берёшь, не за хорошую специальность, правда? Хоть бы она и грамоты не знала! Тебе ведь нужно, чтобы она хваткая девка была, чтобы на тебя вешалась, чтобы волосы красила, брови выщипывала и так дальше. Чтобы курила, водку сосала, так?

 

Николай

Ты-то водку сосёшь?

 

Клавдия

Я старей тебя буду. Как ты себе позволяешь, а?

 

Таисия Петровна

Коля, не надо.

 

Николай

Что вы все забегали? Ну что? Опасность нависла? Нет такой опасности. Можете быть спокойны.

 

Фёдор Иванович

А мы и не беспокоимся. Нам-то что, нам скоро отсюда выбираться под медные трубы.

 

Таисия Петровна

Коля, ну как ты ничего не видишь? Ну как так можно? Ты ведь и в армии был, неужели тебе ребята не говорили?

 

Клавдия

Они там в армии военно-патриотическое воспитание получают.

 

Николай

Точно.

 

Клавдия

Их там всех учат сразу жениться. Погулял — сразу женись. Хватай, что под руку попадётся.

 

Таисия Петровна

Это не армия, это он так считает от нас с отцом. Он не приучен к другому. Но не все же как мы с Федей. Мы один раз сошлись и на всю жизнь. А это надо найти. Это сразу не найдёшь.

 

Дядя Митя

А как же, по очереди?

 

Клавдия

Хоть и по очереди. Ты-то понимаешь. Мужчина сейчас может и оглядеться, и подумать. Ты вот не подумал и женился. Теперь я слово, ты — два.

 

Таисия Петровна

И я тебе не хотела говорить, почему эта девушка так к тебе пристала. И в Сызрань к тебе два раза ездила, и меня навещала, всё у нас посмотрела.

 

Николай

Я понимаю, мама, конечно ей нужна наша квартира, наша мебель полированная, наша люстра чехословацкая и ковёр.

 

Фёдор Иванович (смеётся)

Хоть ты и в шутку сказал, Коля, но в каждой шутке есть доля правды. Доля истины.

 

Николай

И доля вранья.

 

Клавдия

Господи, да мы тебе такую невесту найдём! Хорошую, работящую девочку, непьющую, некурящую, с косой… Моложе тебя.

 

Николай

А чего её искать. Вон там, внизу стоит, меня дожидается. С первого класса всё дожидается меня. Непьющая, некурящая, с косой вроде даже, если не спилила.

 

Таисия Петровна

Невеста твоя, что ли?

 

Николай

Она! Влюблена как кошка. Все прямо над ней смеялись, как она за мной бегала. Мы идём в футбол играть — она тащится за нами, брата своего несёт. Влюблена, что говорить.

 

Клавдия (развеселившись)

Так веди её сюда! Познакомимся!

 

Дядя Митя

Слушай, пошли домой.

 

Клавдия

Иди, я потом.

 

Дядя Митя

Нет, идём!!!

 

Клавдия

Да обожди ты.

 

Звонок.

 

Николай

Я открою. Это ко мне.

 

Уходит.

 

Фёдор Иванович

Это она сейчас из общежития заявится ночевать. Как говорится, с вещами на выход.

 

Клавдия

Я её успокою, успокою.

 

Дядя Митя

Сейчас я тебя успокою.

 

Начинает вылезать из-за стола.

 

Успокою.

 

Клавдия

Мама, ой!

 

Бабка

Маму чего-то вспомнила.

 

Клавдия

Сейчас идём, Митенька мой.

 

Николай вводит Анну Степановну.

 

Фёдор Иванович

А, дорогая званая гостенька.

 

Таисия Петровна

Федя! Анна Степановна, садись с нами, угостись.

 

Анна Степановна

Да некогда. Тая, одолжи сольцы. Я и стакан принесла. Я верну.

 

Бабка

Соль и хлеб не возвращают.

 

Таисия Петровна

Что ты, Анна Степановна, может, я у тебя одолжусь когда-нибудь.

 

Николай

Садись, тёть Ань.

 

Дядя Митя (пододвигает стул)

Вы нас не обижайте, как вас?

 

Николай

Садитесь.

 

Анна Степановна

Анна Степановна.

 

Дядя Митя

Уважаемая Анна Степановна.

 

Клавдия

Расплылся весь.

 

Анна Степановна поневоле садится. Дядя Митя пододвигает ей тарелку, рюмку.

 

Анна Степановна

Да спасибо, время нет. Говорят, незваный гость хуже татарина.

 

Фёдор Иванович

Да сиди уж, коли зашла.

 

Анна Степановна

Мне время нет, голубцы делала, а соль кончилась. Я вспомнила, что ваша бабушка у меня брала пачку, вот и думаю — вроде мне ловчей одолжиться у неё.

 

Бабка

Когда это?

 

Анна Степановна

А прошлый год, в воскресенье вечером, когда гастроном уже закрылся.

 

Бабка

Не было!

 

Анна Степановна

Ещё я тебе дрожжей пачку дала.

 

Бабка

Да не было того!

 

Николай

Бабушка плохо помнит всегда.

 

Бабка

Почему это?

 

Таисия Петровна (возвращаясь с солью)

Вот тебе, Степановна.

 

Бабка

А, было!

 

Анна Степановна

А было, было. Ну, пока.

 

Встаёт.

 

Дядя Митя

Сидите, сидите.

 

Усаживает её.

 

Анна Степановна

Девочка-то Гавриловых всё стоит на улице.

 

Таисия Петровна

Кто стоит?

 

Анна Степановна

Я говорю, девочка Гавриловых, со второго этажа, как вышла утром из дома, так и стоит целый день.

 

Фёдор Иванович

А что это она?

 

Николай

Меня, я говорю, поджидает.

 

Анна Степановна

Прям! К ним Иванов пришёл из тюрьмы. Ну, помните, год назад его посадили? Почему: он пьяный заявился, Граня не стала его пускать. Он взял палку и давай палкой в дверь садить. А Галкин стал его оттаскивать, и он Галкину сотрясение мозга устроил. Галкин его не простил, мог простить на суде и не простил. Галкин, у нас слесарь ходил, в домоуправлении. Уволился недавно.

 

Бабка

Не помню.

 

Анна Степановна

А как же, Галкин. На него ещё той зимой льдинка с крыши упала. Снег сбрасывали, он внизу стоял, чтобы опасная зона была. А на него-то и упало. Сотрясение мозга получил.

 

Бабка

Не помню.

 

Анна Степановна

Он ещё принес вам сливной бачок продавать, зацепился о половик да и разбил. Сливной-то бачок!

 

Бабка

А на кой он нам нужен.

 

Анна Степановна

Вот тот самый Галкин.

 

Бабка

Из тюрьмы пришёл?

 

Николай

Да Иванов из тюрьмы пришёл.

 

Анна Степановна

Нина ихняя вчера плакала. А Граня его приняла, так Нина как утром вышла, так и стоит. Уже часов семь стоит, домой не идёт. То одна стоит, то ей Витя коляску вывозит. Я её спрашивала, она говорит: гуляю.

 

Николай

И мне говорила: гуляю.

 

Клавдия (весело)

Пусть к нам идёт. Что же это? Николай, пойди сходи за ней.

 

Таисия Петровна

Правда, Коля. Правда.

 

Анна Степановна

Я её постеснялась к себе звать, она не признаётся, что ушла из дому. А Граня, вот кто хороша.

 

Граня

Ну, я пошла.

 

Фёдор Иванович

Ещё приходи, вестей приноси. Сергею привет, что он не заходит?

 

Анна Степановна

А он мало к кому ходит.

 

Фёдор Иванович

Ко мне мог бы и зайти.

 

Анна Степановна

Да вряд ли. Ну, до свидания.

 

Фёдор Иванович

Как знаешь.

 

Все прощаются с Анной Степановной. Дядя Митя даже встаёт.

 

 

картина десятая

 

Двор. Нина стоит с коляской. Анна Степановна пробегает мимо.

 

Анна Степановна

Ну, сторожишь моё бельё?

 

Нина

А как же.

 

Анна Степановна

А то жульё тюремное гуляет, людям жить не дает. Я побегу пока, голубцы делаю.

 

Уходит и тут же возвращается.

 

Ой, Нина, я не могу! Надо милицию вызывать! Ой, не могу, страшное дело. Ой!

 

Нина

Что, что такое?

 

Анна Степановна

Там в подъезде, под батареей, Иванов сидит. На чемодане. Надо по автомату позвонить, пусть его забирают на фиг! Пойду Сергею скажу, пусть позвонит, ой, какое дело-то страшное!

 

Убегает. Нина некоторое время бездумно катает коляску, потом вынимает ребёнка и уходит в подъезд. Через некоторое время оттуда выходит Иванов, оглядывается, пожимает плечами и становится около коляски. Подумав, берётся за ручку пустой коляски и покачивает её с отсутствующим выражением лица. Выходит Нина.

 

Нина

Идите домой. Иди, бери коляску и тащи.

 

Иванов

Не имею права.

 

Нина

Да господи, идите.

 

Иванов

Как прибывший из заключения.

 

Нина

Иди, бери коляску и тащи наверх.

 

Иванов

Можно так человеком играть? Одна гонит, другая обратно гонит. Можно? Сейчас уйду, и всё.

 

Нина

Как ребёнок, ей-богу.

 

Иванов

Не хочу и не буду. Спасибо, как говорится, и всё.

 

Нина

Я уйду в общежитие, подумаешь! Я вам не помешаю. Вы сами живите как хотите, без меня.

 

Иванов

Это я вам мешать не собираюсь, раз я вам мешаю.

 

Нина

Ну иди.

 

Из подъезда выходит Сергей Ильичи заворачивает за угол.

 

Дядя Сергей пошёл. Вот клянусь, иди отсюда быстрей. Сейчас милиция за тобой придёт. Иди домой.

 

Иванов

Ты, что ли, вызвала?

 

Нина

Не я.

 

Подумав.

 

Ну я вызвала, и что?

 

Иванов

Вызвала, так обождём, что ты скажешь. Пусть я по тюрьмам буду.

 

Расчувствовавшись.

 

Сначала в детдоме, потом в общежитии. Тоже это не свой угол. Только дали комнату, только-только: и привет от старых штиблет. Теперь по тюрьмам. Надо же!

 

Нина плачет.

 

Думал, наконец-то у меня свой дом. Ну выпил. Ну и что? Сразу и человека не пускать? Я, может, больше не буду. Я хотел, допустим, извиниться. Поэтому и стучал в дверь. А тут этот Галкин. Надо было ему лезть! Кричит: ты не имеешь права меня вдарить, у меня голова слабая. Говорю ему, отцепись. Говорил? Предупреждал?

 

Сергей Ильич возвращается и уходит в подъезд, он кивает Нине. Нина с плачем начинает тянуть Иванова в подъезд, другой рукой она тянет коляску. Иванов не даёт  везти коляску, ему важно выговориться.

 

Предупреждал? Уйди, сказал, сделаю больно. Так тебе врежу…

 

Из подъезда выходит Николай.

 

Так врежу, что запомнишь имя Иванова. Сказано было: уйди. Мне ведь ничего не страшно. Так и сказал. Меня твоя слабая голова не пугает.

 

Николай

Спокойно, отец. Кому ты врежешь? Может, мне попробуешь, а?

 

Нина

Коля, миленький, оставь его, оставь.

 

Рыдает.

 

Иванов

А ты кто такой?

 

Нина

Коля, не подходи к нему, миленький, не подходи! Коля!

 

Обхватывает его руками.

 

Иванов

Нет, кто ты есть?

 

Нина

Бегите, пока не поздно!

 

Иванов

Иванов не бегает. Кто это?

 

Нина

Коленька, я тебе объясню… Потом всё расскажу. Пожалуйста, миленький, не связывайся с Ивановым.

 

Николай

А я не испугался.

 

Нина

Господи, да кто же говорит, что ты испугался! Да он же сморчок по сравнению с тобой! Он старый. Он слабый.

 

Иванов

Кто слабый? Ну?

 

Николай

Не слабый девочек бить.

 

Нина

Никто не бил. Пойдём, Коля, я тебе что скажу. Пойдём.

 

Иванову.

 

Я кому сказала идти домой. Ну? Там у Гальки коляски нет, некуда её класть. Беги отсюда!

 

Иванов (ворчливо)

Беги ещё ей.

 

Нина

Ну давай, отец, топай.

 

Иванов величественно уходит в подъезд, держа под мышкой коляску, а в руке чемодан. Нина отпускает Николая. Тяжело дыша, она дрожащими руками поправляет на затылке косу, натягивает платок. Улыбаясь.

 

Ну что полез не в своё дело?

 

Николай

Вот всегда: когда мужик бьёт бабу, лучше не заступаться. Баба же тебя и обругает. Чего ты его защищала? Врежу ему как следует, он забудет сюда дорожку.

 

Нина

Нашёлся какой: врежу.

 

Николай

Тебя же защищали.

 

Нина

От кого? От этого? Да он меня и не тронул.

 

Николай

Знаешь, ты это другому скажи. Я ведь слышал: «Я тебе врежу, я тебе сделаю больно».

 

Нина

Это не мне.

 

Николай

Здрасьте! Кому же?

 

Иванов выходит из подъезда, без коляски, но с чемоданом.

 

Нина

Ну что опять?

 

Иванов

Ну, я отдал коляску.

 

Нина

А сам?

 

Иванов

А раз она меня не пускает.

 

Нина

Я тогда сама пойду с тобой.

 

Николаю.

 

Ты можешь постоять тут три минуточки, пока меня нет?

 

Николай

Пожалуйста.

 

Удивлённо крутит головой. Нина и Иванов уходят в подъезд. Вскоре из подъезда выходит Сергей Ильич.

 

Сергей Ильич

Здорово, Николай. Отслужил?

 

Николай

Здорово.

 

Пожимают друг другу руки.

 

Да вроде.

 

Сергей Ильич

Работать пойдёшь?

 

Николай

Да намечается.

 

Сергей Ильич

А. Ну, так. Да. Слушай, ты мне батон хлеба не одолжишь? Я пошёл в булочную, а там уже закрыто. Не успел. То соли у ней нет, то хлеба.

 

Николай

Одолжу, а как же.

 

Сергей Ильич

Так сбегай, а? Только не говори кому.

 

Николай уходит. Появляется Нина.

 

Нина

Здравствуйте, дядя Серёжа.

 

Сергей Ильич

Виделись вроде. Здравствуй. Как живёшь?

 

Нина

Дядя Сергей, вы милицию вызывали?

 

Сергей Ильич

Что ты. Какую?

 

Нина

А бегали вы куда?

 

Сергей Ильич

А в булочную. А что?

 

Нина

Мне тётя Аня сказала, что пошлёт вас вызвать милицию.

 

Сергей Ильич

Ну конечно ещё. Зачем это?

 

Нина

Что Иванов… Ну, что Иванов наш в подъезде сидит.

 

Сергей Ильич

Да вот ещё, милицию звать. Что он — украл, что ли? Сидит, так куда ему идти-то? Он посидит и пойдёт. Хлеба ему надо дать, денег немного — он и пойдёт. Выхода-то у него никакого нет.

 

Пауза.

 

Нина (осторожно)

А вас… тётя Аня послала бельё сторожить?

 

Сергей Ильич

Что ты всё послала! В милицию — послала, в булочную — послала, бельё стеречь — послала. Меня так больно не пошлёшь.

 

Нина (быстро)

Тогда я посторожу. Я всё равно гуляю.

 

Сергей Ильич

Да зачем? Иди, иди домой. Сторожить ещё. Никто его не украдёт, а она наняла ещё.

 

Нина

Никто меня не нанимал. Ничего, что вы.

 

Сергей Ильич

Нет, не надо. Иди, иди давай. Я бельё, раз так, сам посторожу. Моё бельё. Иди, нечего тут.

 

Нина медленно поднимается в подъезд. Николай выбегает с батоном. Нина останавливается. Сергей Ильич неловко берёт батон, благодарит и, не замечая Нины, проходит мимо неё в подъезд. Николай — внизу, Нина — на крыльце.

 

Николай (после молчания)

Ну, что тебе, а то я в магазин спешу, полчаса осталось.

 

Нина (пауза)

Мне? Мне ничего. Просто тётя Аня просила меня бельё сторожить, я тебя и попросила постоять.

 

Николай

Ой, и хитрая ты, как мышонок.

 

Нина

А ты тупой, как валенок.

 

Смеётся.

 

Николай

Чего смеёшься-то?

 

Нина

Так.

 

Николай

А. Ну, пока.

 

Пауза.

 

Нина

Счастливо.

 

Пауза.

 

Николай

А то пошли к нам. Мать тебя приглашает.

 

Нина (сразу)

Пошли.

 

Николай

Только я сначала в магазин смотаюсь. А ты подожди.

 

Нина

Ладно.

 

Николай

Ну пока.

 

Нина

Счастливо.

 

Николай сворачивает за угол. Нина опрометью кидается в подъезд.

 

 

картина одиннадцатая

 

У Гавриловых дома. Нина роется в шкафу. Витя смотрит телевизор. Иванов скрывается в кухне.

 

Граня

Я с тобой говорить не хочу. После всего.

 

Нина

Мам, дай мне спокойно переодеться.

 

Граня

Иди-ка ужинать сперва. Какая!

 

Нина

У меня десять минут.

 

Граня

Почему это? Никуда не пойдёшь. Поздно.

 

Нина

Мам, дай мне твою кофту надеть. Сверкающую.

 

Граня

Ты куда это? Кто тебе разрешил-то?

 

Нина

Ну мам. Ну что ты. Я тут пойду.

 

Граня

С кем это?

 

Нина

Ни с кем, а к Николаю домой.

 

Граня

Что это?

 

Нина

Мама его меня пригласила. Понятно?

 

Граня

Зачем ещё?

 

Нина

А я возьму и замуж выйду.

 

Граня

Никого не спросилась, так сразу и выйдешь. Кто тебя пустит?

 

Нина

Лучше что угодно, но здесь я не живу больше.

 

Граня

А кто тебе помешал? Снова начнём?

 

Нина

Никто, никто мне не мешает, но и ты мне не мешай, мама р'одная. Дай кофту.

 

Граня

Бери.

 

Нина

Не поминай меня лихом, мамочка!

 

Граня

Да будет тебе, ничего ещё нет, а ты прямо в бой рвёшься.

 

Нина

Пойду переодеваться.

 

Уходит в соседнюю комнату.

 

 

картина двенадцатая

 

Двор. Нина стоит в той же куртке, но на голове у неё шапочка, а на ногах не валенки, а сапожки. В руке сумочка. Появляется Николай.

 

Николай

Ну, пошли. Чего это ты прибарахлилась? Домой бегала?

 

Нина

А твоё какое дело?

 

Николай

Как хочешь, мне-то что. Моё дело вообще сторона. Тебя мать пригласила.

 

Нина

Ну вот и молчи в тряпочку.

 

Николай

Остроумие прямо блещет.

 

Нина счастливо смеётся. Они поднимаются в подъезд.

 

 

картина тринадцатая

 

Квартира Козловых. Нины не видно — она в прихожей.

 

Таисия Петровна (вприхожую)

Ну, Ниночка, раздевайтесь, проходите. Гостем будете. Вы, наверное, замёрзли?

 

Молчание.

 

Нет, а я вижу, что да. Всё же сегодня холодно.

 

Нина входит, за ней Николай.

 

О, на вас красивая кофта! Это вы уже на свою зарплату купили?

 

Нина мотает головой.

 

Идите за стол. Я сейчас чай поставлю в который раз. У нас сегодня гости за гостями. Только что родные ушли, и жалко. Они бы с вами познакомились. Вы, наверное, голодная?

 

Нина мотает головой.

 

Ну, ничего, ничего.

 

Николай

На неё онемение нашло от нашего великолепия. От ковра, от серванта, от люстры. Мы всех этим поражаем!

 

Таисия Петровна

Что это ты больно сердитый? Не обращайте на него внимания, Нина. Он вовсе не такой злой, как кажется.

 

Николай

Сю-сю-сю.

 

Таисия Петровна

Садитесь вот рядом с Фёдором Ивановичем, познакомьтесь. Он за вами поухаживает. Ну, иду чай ставить. У нас вторые сутки как гости. Так что не совсем порядок на столе.

 

Уходит.

 

Николай

Вот именно что вторые сутки гости.

 

Фёдор Иванович

Вы где трудитесь, Нина?

 

Нина

В гастрономе.

 

Прокашливается.

 

Николай

Что-то голос потеряла.

 

Фёдор Иванович

Ещё бы! Столько простоять на морозе. Вы сколько часов, Нина, простояли?

 

Нина

Я не стояла. Я с сестрой гуляла.

 

Таисия Петровна (вернувшись с блюдом пирогов)

Вот как пригодились пироги-то нам! Я когда пекла, думала, что как обычно: поедим сколько поместится, и больше никто смотреть не хочет. А вот — пригодилось. Гостей много было. Гостей много — я люблю. Дом без гостей пустой.

 

Николай

Так бы пироги выбросила, а теперь нет.

 

Таисия Петровна машет рукой, приглашая не обращать внимания на Николая.

 

Фёдор Иванович

Эта ваша сестра… Вы сами её воспитываете?

 

Нина

Почему? Нет, с мамой.

 

Фёдор Иванович

А брат-то ваш на руках у вас вырос. Это я помню.

 

Нина

Да нет, мама помогала.

 

Таисия Петровна

Мама помогала! Другие маме помогают, а здесь наоборот.

 

Фёдор Иванович

У вас на руках, стало быть, двое детей выросло?

 

Бабка

А я тоже, мы сиротами остались, шестеро, а я старшая. Отец не женился, не женился. А мне было четырнадцать лет. Вот угорели мы, я просыпаюсь: угорели!

 

Фёдор Иванович

Слышали, слышали уже.

 

Бабка

Ты слышал, а она нет. Так что же — я всех подняла, на подоконник поставила, форточку открыла. «Ну, дышите,— говорю,— не падайте!»

 

Фёдор Иванович

А вы в каком отделе работаете?

 

Нина

Ученицей в молочном.

 

Прокашливается.

 

Фёдор Иванович

Трудно приходится?

 

Нина

На стройке хуже было. Всё время на улице, у меня нос раздуло, лихорадка, я и ушла.

 

Бабка

А я с четырнадцати лет коробки клеила. Всех своих усажу, мы за день человеческую норму выполняли.

 

Фёдор Иванович

Ну, рабочий человек, поесть надо.

 

Нина

Спасибо, не хочется.

 

Фёдор Иванович

Ну, не хочется! Раз к нам в дом пришла, всё, надо слушаться. Селёдочки положу. Может, налить тебе вина, выпьешь?

 

Таисия Петровна

Да будет тебе.

 

Фёдор Иванович

Нет, всё же: выпьешь? Давай, давай, не стесняйся. Сейчас девушки не стесняются, всё творят. Выпей, мы все тут свои, ты у нас тоже своя, невеста, говорят, нашему Коле.

 

Николай хмыкает.

 

Ну, давай налью. Наливаю.

 

Нина (с набитым ртом)

Не хочу!

 

Фёдор Иванович

Ну, давай через не хочу. А?

 

Таисия Петровна

Ну ладно, ладно, будет. Ей чаю надо.

 

Фёдор Иванович

Тогда, может, закуришь, Нинок?

 

Нина с удивлением смотрит на Фёдора Ивановича.

 

Николай

Ну, я пошёл. Желаю вам приятно поразвлечься.

 

Фёдор Иванович (отвлеченный от своей игры)

Что это ты встрепенулся? К тебе невеста пришла. Сиди.

 

Николай

Невеста ещё!

 

Таисия Петровна

Куда ты собрался? Уже поздно.

 

Николай

Я же предупреждал, что смотаюсь.

 

Таисия Петровна

Нина пришла, а ты уходишь. Может, Нину с собой возьмёшь?

 

Николай

А что ты своего гостя из дому гонишь? Ты ж её приглашала, твой гость.

 

Таисия Петровна

А она бы с тобой охотно пошла. Что ей с нами сидеть. Правда, Ниночка? Ну, хочешь с Колей пойти?

 

Николай

Кажется, меня ещё никто не спросил…

 

Фёдор Иванович

Молодые с молодыми должны.

 

Николай

Я, в общем, пошёл.

 

Таисия Петровна

Как красиво! Хоть быстрей возвращайся.

 

Николай

А я, может, не один вернусь. Тоже быстрей?

 

Молчание. Николай уходит. Фёдор Иванович несколько раз в задумчивости бьёт кулаком об стол.

 

Таисия Петровна

Сейчас по телевизору кино будет. Ниночка, ты мой гость, я тебя никуда не отпущу. Мужики пусть куда хотят уходят, а мы с тобой вдвоём покукуем.

 

Фёдор Иванович

Опять с ночёвкой приведёт.

 

Таисия Петровна

А куда? У нас некуда. К нам теперь некуда. Ниночка, останетесь у нас?

 

Нина кивает. Все сидят около телевизора. Бабка ложится на кушетку и мгновенно засыпает. Фёдор Иванович, сидя в кресле, клюёт носом. Таисия Петровна смежает веки. Нина дремлет. Телевизор передаёт сплошные взрывы. Звонок, Таисия идёт открывать. За дверью стоит Граня. Таисия выходит на площадку, прикрыв за собой дверь. Нина прислушивается с другой стороны.

 

Граня

Извините. Тут у вас моя Ниночка.

 

Таисия Петровна

А что?

 

Граня

Ей завтра рано вставать… Так что…

 

Таисия Петровна

Извините, соседи — а не знаю, как по отчеству.

 

Граня

Аграфена Осиповна.

 

Таисия Петровна

Мне надо с вами поговорить.

 

Граня пугается.

 

Я знаю о вашем положении. Там у вас из тюрьмы…

 

Граня

Да что вы!

 

Таисия Петровна

Ведь надо выбрать — он или ваша Нина. Она взрослая девушка, ей неудобно. Она не хочет.

 

Граня

Да пожалуйста, он уйдёт, пожалуйста!

 

Таисия Петровна

Почему? Я вас понимаю. Женщина вы ещё молодая, моложе меня, да? Счастья вы не видели. Правильно?

 

Граня

Ну?

 

Таисия Петровна

А Нина девочка красивая, скромная, работящая. Она скоро ведь всё равно выйдет замуж. Вы опять одна.

 

Граня

Подумаешь!

 

Таисия Петровна

Больше того, я могу взять Нину. Она всем нам нравится. Вы понимаете? Поживёт у нас, обвыкнется. Её не обидят. Не тронем её. Ей ещё учиться надо, да. Специальность хорошую получить, а то что это.

 

Граня

Учиться ей не пришлось, конечно.

 

Таисия Петровна

Так что понимаете… Вы подумайте. У вас тоже пока что утрясётся, он работу найдёт, а Нине учиться надо. Только вот как вы будете без неё обходиться? Она у вас вроде в няньках при девочке. Я понимаю, что вам без её рук не обойтись.

 

Граня

Это вы зря так думаете.

 

Таисия Петровна

Я знаю, как сложно с маленьким ребёнком.

 

Граня

Сложно не сложно, а обойтись можно. Конечно, ей бы специальность. А руки у неё золотые.

 

Таисия Петровна

Только вот что. Давайте договоримся, дорогая моя. Раз уж она у нас жить будет, она к вам больше не пойдёт обратно. Зачем? У неё будет семья. На два фронта ей разрываться нечего. Так?

 

Граня

Ну.

 

Таисия Петровна

Я тогда прошу — не дергайте её. Не ходите, не зовите и так далее.

 

Граня

Пусть только сегодня домой вернётся. Только сегодня. Собрать ей чего-нибудь.

 

Таисия Петровна

Да бросьте, приданое, что ли.

 

Граня

Сегодня пусть домой идёт.

 

Таисия Петровна

Как знаете. Если вы с самого начала так вопрос ставите, тогда что же — не задерживаю. Тогда всё.

 

Граня

Я не ставлю. Я просто думала…

 

Таисия Петровна

Индюк думал, думал, простите за такое выражение.

 

Граня

Не обижай её, Таиса.

 

Таисия Петровна

Что вы такое говорите, ушки вянут.

 

Граня пожимает плечами.

 

Ну, пожелаю вам всего наилучшего.

 

Граня

Вам также.

 

Таисия Петровна

Только я прошу — не дергайте её. Не ходите тут.

 

Граня

Я понимаю. Пока до свидания.

 

Таисия Петровна

До свидания.

 

Нина слушала весь разговор, реагируя на каждый поворот событий то бесшумными прыжками, то стискиванием рук. Таисия Петровна входит в комнату. Нина встречает её ликующим взглядом, готовая броситься ей на шею.

 

Надо со стола убрать.

 

Зевает.

 

Напили-наели.

 

Нина

Я соберу, ладно?

 

Начинает убирать со стола.

 

 

действие второе

 

картина четырнадцатая

 

Комната Козловых три месяца спустя. Нина в каком-то новом пальто, одна. Она стоит перед зеркалом, смотрит, как спина, как рукава. Эту немую сцену прервал звонок. Нина идёт открывать и вводит Граню с Галькой на руках. Граня целует растерянную Нину и садится с ребёнком к столу. Вид у неё лихорадочный, хотя она и не перестаёт улыбаться. Нина, успевшая мигом сбросить пальто, теперь берёт его и хочет повесить в шкаф.

 

Граня

Пальто тебе купили?

 

Нина

Ты чего? Мам, ты чего?

 

Граня

Ну-ка, надень.

 

Нина с неохотой надевает.

 

Велико.

 

Нина

Пусть.

 

Граня

Сколько отдали?

 

Нина

Ну чего ты, мам… Честное слово… Пришла…

 

Граня

Что же делать, раз пришла. Я сейчас иду в больницу… на три денька. Может, раньше вернусь, постараюсь.

 

Нина

А, понятно.

 

Граня

Уже понятно тебе.

 

Пауза.

 

Нина

Я здесь ничем не командую. Ничего не могу.

 

Граня

Пальто купили.

 

Нина

Пальто — это другое. То совсем другое.

 

Граня

Идём домой.

 

Нина

Нет.

 

Граня

Я боюсь Гальку ему оставлять. Он уже и так с ней всё гуляет поближе к гастроному. Где вся эта шарашка.

 

Нина

Как я могу? Я сама сегодня здесь, а завтра меня попросят, знаешь.

 

Граня

Либо идём домой.

 

Нина

Ты только о себе думаешь, ты обо мне не думаешь. Я тебе только и нужна что нянькой. А я живой человек.

 

Граня

Но Гальку-то надо кормить полтора хотя бы дня.

 

Нина

С собой возьми.

 

Граня

Не берут.

 

Нина

Ну, не знаю.

 

Граня

Какая ты стала…

 

Нина

Пусть.

 

Граня

Возьми её, перепеленай. У меня уже руки отваливаются.

 

Нина (берёт)

Тяжелая стала. Ты моя хорошая. Ты моя Галя? Ты моя Галя-Галя?

 

Уносит Галю и мешочек с пелёнками в другую комнату. Граня ставит на стол бутылочки с питанием и тихо уходит. Хлопает входная дверь. Нина выскакивает с развёрнутыми пелёнками, бежит, возвращается, видит бутылочки, садится у стола и плачет. Потом, так же бурно плача, забирает бутылки, идёт в боковушку пеленать. Слышен шум входной двери. Входит бабка. Слушает горький плач Нины, садится на кушетку, видит брошенное пальто, качает головой, вешает в шкаф. Опять садится, вынимает из сумки ночную рубашку, прикидывает на себя. Смотрится в зеркало. Осторожно выходит заплаканная Нина, плотно прикрывает за собой дверь, потом запирает на ключ и кладёт ключ в карман.

 

Нина

Красиво!

 

Бабка молчит, так и сяк оглядывая себя в зеркало.

 

Хорошо, что длинный рукав. Тепло.

 

Бабка

Мне в кухне и так даже слишком тепло.

 

Нина

Пенсию получили?

 

Бабка

А это моё дело.

 

Нина (помолчав)

И сколько?

 

Бабка

Чего?

 

Нина

Сколько стоит?

 

Откашливается.

 

Бабка

Все мои. Хоть три рубля, а мои.

 

Нина

Хорошо. Дёшево.

 

Бабка

А мне дорогого не купить. Мне собираться надо… В престарелый дом. Не всю жизнь ведь на кухне ночевать. А болеть я буду? Все об меня ноги вытирать начнут.

 

Нина вздыхает. Бабка складывает рубашку, сидит задумавшись.

 

Ты уже тут всё заполонила. Пальто зачем Таисино мерила?

 

Нина

Мне она обещалась подарить.

 

Бабка

А мне вот никто ничего не дарит. Одну рубашку, может, купят, на погребение. А то в старой похоронят.

 

Нина

Да будет вам, бабушка. Что вы.

 

Бабка

Ты себя утешай, себя. Тебе плохо, что ты старого человека с кровати согнала. Ты плачешь, а не я. Иди ты отседова, в самом-то деле. Что тебе тут? Совесть свою теряешь. Не женится он на тебе, нужна ты ему очень.

 

Нина

Да не зуди ты, бабка. И без тебя хватает. Ещё и ты.

 

Бабка (нимало не рассердившись)

Вот, вот, по-человечески заговорила, по-своему. Ты правду говори, а не притворяйся, не изображай. Артистка. Я вот тебе правду говорю. Тебе тошно? А почему? Кто ты, например?

 

Нина

Я жена Колина.

 

Бабка

А кто тебя в загс водил?

 

Нина

Это бумажка, и всё.

 

Бабка

Что ж у тебя этой бумажки нету? Бумажка, а нету. Потому что он в тебе не нуждается.

 

Нина

Почему же. Он бы тогда прямо сказал.

 

Бабка

А чего ему говорить? Ему же лучше. Ты ему так только нужна. Для всяких дел… Он не прочь… А как человек нужна ты ему.

 

Нина

А вы не можете знать.

 

Бабка

Потому что ты ему не показалась. Ты маленькая, ничего в тебе такого нет, ты не хорошая.

 

Нина

А вы не можете знать.

 

Бабка

Завлекала бы его, как девочки завлекают, как все девки. Накрасилась бы там, завилась. Посмеялась бы, пошутила… Виду бы не показала, что он тебе нужен. А то ввалилась сразу в дом. У него другая небось есть.

 

Нина

Неправда.

 

Бабка

Да правда. Он с тобой так, от скуки на все руки. Родители тебя ему, можно сказать, подбросили. А он молодой, только из армии. И не задумался.

 

Нина

А вы не можете знать.

 

Бабка

Не могу! Да могу. Сначала он тебя и знать не хотел. А родители ему поставили раскладушку в твоей комнате. А бабку на кухню вытурили. Тьфу. Ты и рада.

 

Нина (с горящими щеками)

Вы же ничего не знаете, ну как так можно говорить.

 

Бабка

А как мне говорить? Ты плачешь, так это вода. Мне плакать надо. Ты хоть куда денешься — хоть в то же общежитие, хоть к матери вернёшься. А я куда? К Клавде только, да она шумит так, что и на мать накричит, не постесняется. Что я с ней и не живу-то, из-за криков. Она добрая, но языком как помелом метёт. А теперь здесь ещё шумнее. Скоро вся твоя родня сюда повадится… Эх, рубашечку, что ли, положить?

 

Идёт к двери, дёргает ручку.

 

Это что? Что это?

 

Нина

Не надо туда.

 

Бабка

Что не надо-то! В зубах я её таскать буду, что ли?

 

Нина

Не надо.

 

Бабка

Дай ключ, а ну! Моду взяла.

 

Нина

После.

 

Бабка

Ну ты подумай!

 

В растерянности садится. Входит Таисия Петровна.

 

Таисия Петровна

Холодно что-то.

 

Молчание.

 

Купила чего?

 

Идёт к гардеробу, переодевается за дверцей.

 

Бабка

Купила… Смертную рубашку.

 

Плачет.

 

Таисия Петровна

Ты ещё…

 

С усилием снимает платье.

 

Ты ещё… нас переживёшь. Будет тебе.

 

Бабка

А вот я тебе сейчас скажу.

 

Нина отпирает дверь и мгновенно скрывается в боковушке, запирая за собой.

 

Видела, видела? Она меня не пускает в мою комнату мою же вещь положить. В мою комнату!

 

Таисия Петровна

Охота вам… Делать нечего. С утра до ночи грызётесь.

 

Бабка

Ты меня с ней не смешивай.

 

Таисия Петровна

Мам, я с работы. Есть будем? Федю подождём только. Ох, ноги гудят. Вроде на работе сидишь как бобик, а поедешь в метро да на автобусе — так устаёшь, так устаёшь…

 

Бабка

Я прихожу, понимаешь, хочу положить к себе в комод… В мой комод.

 

Таисия Петровна

Давай положим в шкаф.

 

Бабка

А почему это? Я хочу к себе положить.

 

Подходит к двери и стучит кулаком.

 

Открывай, ну!

 

Таисия Петровна

Да ладно тебе, не устраивай стукотни. И так голова разламывается. Собралось нас здесь больше чем нужно.

 

Бабка

Я, что ли, больше чем нужно?

 

Таисия Петровна

Почему ты? Ну почему ты-то? Всё на себя примеряешь.

 

Бабка

А она… Я ей сказала: иди к себе домой.

 

Таисия Петровна (выходит из-за дверцы, ложится на диван, разворачивает программу передач)

Да… Видно, Николаю это всё… Не очень. Мы во всём навстречу.

 

Бабка

Вот и я говорю.

 

Таисия Петровна (зевает)

Что-то не выходит у нас ничего. Коля дома только что ночует. Отбился.

 

Бабка

Он так пить начнет и гулять, и пойдёт, и пойдёт. Ему никакого интереса нет домой приходить.

 

Всё это она говорит достаточно громко, чтобы слышали за дверью.

 

Куда, интересно, он ходит?

 

Таисия Петровна (так же громко)

Ну, молодой парень. Мало ли.

 

Бабка

Она его к дому не приучила, нет.

 

Таисия Петровна

Верно.

 

Зевает.

 

Опять хоккей.

 

Она уже говорит обыкновенным голосом.

 

Сейчас Федя придёт, на целый вечер волынку заведёт.

 

Бабка (к двери)

Заперлась ещё!

 

Подходит к двери, стучит кулаком.

 

Открой, открой, хуже ведь будет.

 

Таисия Петровна

Ладно тебе.

 

Бабка (отходя)

Да что же это, в самом-то деле.

 

Стук двери.

 

Таисия Петровна

Вот Федя идёт. Вон он идёт. Мама, пойди разогрей там… У меня ноги отвалились уже…

 

Бабка выходит. Входит Фёдор Иванович.

 

Фёдор Иванович

Вечер добрый! Сегодня хоккей? Молодых нема?

 

Нина, как будто только его и ждала, выходит.

 

Нина (обрадованно)

Добрый вечер!

 

Фёдор Иванович

Что, сумерничала? Спит Коля-то?

 

Таисия Петровна

Он ещё не пришёл.

 

Фёдор Иванович (Нине)

Спала, что ли?

 

Нина мотает головой.

 

Лицо красное.

 

Нина пожимает плечами.

 

Таисия Петровна

Они опять с мамой поругались.

 

Фёдор Иванович (махнув рукой)

Сколько я говорил, Нинок, на богом обиженных не обижаются… Что ты, Нина, не принимай близко. Я знаешь сколько с тёщей своей объяснялся! И так, и по-хорошему. А потом плюнул и не обращал больше.

 

Таисия Петровна

Федя, ну как ты… Просто не знаю. Как можно!

 

Фёдор Иванович

Ну хорошо.

 

Таисия Петровна

Ты ведь знаешь…

 

Фёдор Иванович

Знаю, знаю.

 

Таисия Петровна

Не позволяла и не позволю кричать на маму.

 

Фёдор Иванович

Да хорошо уже.

 

Таисия Петровна

Погоди, что ты всё мне рот затыкаешь? Ну что?

 

Фёдор Иванович

Я?

 

Таисия Петровна

Я на мою маму не позволяю кричать, голос повышать. Никому. Моей маме нельзя грубить, она в своей жизни, знаешь, вынесла. Теперь она ещё плакать должна.

 

Нина

Я ничего…

 

Таисия Петровна

Мало того, что моя мама на кухне живёт, свои дни проводит. У меня сердце кровью обливается, но мы с Фёдором Ивановичем молчим, никогда слова не скажем, потому что что же делать? Надо молодым дорогу давать. Мы даём. Но молодые тоже что-то должны. Хотя бы не показывать свой плохой характер.

 

Нина

Да не показывала я.

 

Таисия Петровна

Ей-богу надоело. Молодые сейчас умные, сообразительные, неужели трудно понять, что жить вместе тяжело, да. Что когда в такой обстановке грубятина наружу лезет, то хоть в своём доме не живи.

 

Нина

Не грубила я…

 

Фёдор Иванович

А ты слушай.

 

Таисия Петровна

От просто так люди не плачут. Мама не плакала, когда папу на фронте убило, а теперь ещё будет плакать от тебя. Не жирно ли будет?

 

Нина

Откуда она плакала?

 

Фёдор Иванович

Слушай, слушай.

 

Таисия Петровна

И вообще, я хочу сказать тебе вот что…

 

Звонок.

 

Нина (кидается открывать)

Это Коля!

 

Входит Иванов. У него возбуждённый вид.

 

Иванов

Здравствуйте все, здравствуй, Нина.

 

Нина, ошеломлённая, кивает. Остальные все замерли.

 

Нина, мне к тебе.

 

Нина и Иванов отходят в сторону. Шёпотом.

 

Где Галя-то моя?

 

Нина (шёпотом)

А где?

 

Иванов (так же)

Граня, что ли, её взяла с собой в больницу?

 

Нина (так же)

А я откуда знаю.

 

Иванов (срываясь на голос)

Ничего не сказала, ушла с Галей.

 

Шёпотом.

 

Денег не оставила…

 

Нина

Она завтра вечером придёт.

 

Иванов

А пока я что буду?

 

Нина (весь дальнейший разговор шёпотом)

Не знаю. У меня нет.

 

Иванов

Попроси-ка три рубля.

 

Нина

Чего это?

 

Иванов

А есть мне нечего.

 

Нина

Да мама там, наверно, оставила. В авоське за окном-то висит?

 

Иванов

Откуда?

 

Громко.

 

Не дадите мне трояк до завтра вечера?

 

Родители переглядываются.

 

Фёдор Иванович

Вроде нет ничего. Сейчас посмотрю.

 

Роется в пиджаке, посматривая на жену.

 

Таисия Петровна (глядя в сторону)

Только у нас ведь не сберкасса!

 

Иванов

Отдам же, ну.

 

Фёдор Иванович

Вот тут что-то… Два рубля.

 

Иванов

Конечно, что вы. Отдам.

 

Серьёзно кладёт два рубля в карман.

 

Значит, до новых встреч. Родственники — они… Они друг другу, они такие. Благодарим за внимание.

 

Фёдор Иванович

Ладно. Чего там.

 

Иванов

Извиняюсь в таком случае.

 

Уходит.

 

Таисия Петровна

Интересно.

 

Нина

Зачем вы только ему даёте? Ой!..

 

Таисия Петровна (меняя тон)

Кто же тебя знает. Мы же не звери. Надо дать.

 

Фёдор Иванович

Сегодня мы ему, завтра он нам. Выручит тоже.

 

Таисия Петровна

Мы, Нина, всегда готовы помочь. Ты сама это знаешь. Но ведь так бывает — ты к человеку всей душой, а он к тебе всем задом. Грубо, но так.

 

Нина

Зачем вы ему дали!..

 

Таисия Петровна

А мы всем даём. Сами не побираемся, а все к нам лезут. Потому что чувствуют. Все на нашу шею, буквально все, и мы всех везём. Почему у нас всё есть, а у других ничего нет? Мы же не хуже других, тоже могли бы себе позволить без порток ходить и ни о чём не думать. Тоже могли бы легко прожить, ни о чём не думая. А мы всё на себе везём. И мы готовы и два рубля, и пальто, и чёрта-дьявола, только чтобы спокойней было.

 

Нина хочет возразить.

 

Фёдор Иванович

Ты, Нина, слушай.

 

Таисия Петровна

Как будто мы одни на свете должны всем дать. Потому что никто кроме нас об этом не думает, не задумывается, не бережёт ничего. А мы ничего не бросим, всё сохраним. Поэтому теперь мы должны быть добряками и всем раздавать направо-налево. А мы тоже хотим покоя. Чтобы нас не терзали, дали нам свои последние годы свободно пожить. Мы и не жили, можно сказать, вот вдвоём с Федей. Всегда кто-то.

 

Фёдор Иванович (оживляясь)

Это уж точно. Это я могу подтвердить. Всегда с тёщей.

 

Таисия Петровна

Нам, Нина, надо всё серьезно обдумать. Тебе прежде всего надо подумать. Что ты в нашей семье представляешь, как тебе вести надо.

 

Нина

Да я ничего не говорила.

 

Таисия Петровна

Дело не в этом теперь уже. Время-то идёт. Мы же вот с Федей… Ты понимаешь? Не от нас ведь зависит. Мы же… не можем тебя замуж взять.

 

Невольно усмехается.

 

Нина

Как?

 

Таисия Петровна

Ну.

 

Опять усмехается.

 

Ведь это Коля должен. Не заставишь ведь его… Сами-то, без него, мы тебя не можем взять…

 

Нина

Конечно.

 

Таисия Петровна

Что конечно? Что, Коля тебе…

 

Нина (встрепенулась)

А что?

 

Таисия Петровна

Ну… говорил?

 

Нина

Не знаю…

 

Таисия Петровна

Тут знать нечего. Говорил он тебе?

 

Нина

Вроде.

 

Таисия Петровна

Что говорил?

 

Нина

Что-то говорил.

 

Таисия Петровна

Что женится?

 

Нина

Нет. Ну, что… Там, разное.

 

Таисия Петровна

А, это-то, это не считается. С Колей надо серьёзно этот вопрос обговорить. Надо всё выяснить. Что он собирается. Волоком не поволокёшь.

 

Фёдор Иванович

Такие вещи добровольно.

 

Таисия Петровна

А то уже мы с тобой в родственниках, а Коля ничего не знает.

 

Нина

Да это Иванов… Он так. Пошутил.

 

Таисия Петровна

Так мы будем в родственниках кому угодно. Коля — молодой. Вон он где-то пропадает… Тоже, может быть, родственников нам готовит.

 

Пауза.

 

А мы, Нина, договорились, что твои все, пока ты у нас от Иванова спасаешься, к нам не ходят.

 

Нина

Не будут, не будут.

 

Таисия Петровна

Что-то слабо верю.

 

Раздаётся детский плач. Нина опрометью кидается в другую комнату.

 

Что это? А? А?

 

Таисия Петровна и Фёдор Иванович с опаской заглядывают в комнату и остолбеневают. Из кухни выходит 6абка, тоже смотрит.

 

Бабка

Вот оно. Вот оно.

 

Таисия Петровна и Фёдор Иванович возвращаются к столу на свои места. Бабка остаётся стоять в дверях, как бы решив больше не давать закрывать дверь.

 

Таисия Петровна

Да… Интересно.

 

Фёдор Иванович

Что же теперь делать-то?

 

Пытается шутить.

 

Может, и эту усыновим?

 

Таисия Петровна

Да. Правду говорится, добро должно быть с кулаками. А то сядут и поедут.

 

Бабка (в дверь)

У неё соску заткнуло. Забило у неё. Подыми бутылку-то, не видишь? О, нескладная.

 

Уходит в боковушку.

 

Таисия Петровна

Ты понимаешь?

 

Фёдор Иванович

Да, да.

 

Таисия Петровна

И своего брата тоже скоро нам подкинут. Будет у нас тут детдом. Потому что там пьянь эта сидит, а детям некуда.

 

Фёдор Иванович

Да, да.

 

Бабка возвращается на свой пост и снова не выдерживает.

 

Бабка

Пелёнки-то разболтались. Ноги наружу все. Зима ведь! Не могу.

 

Опять уходит в боковушку.

 

Таисия Петровна

Надо делать что-то.

 

Нина (появившись)

Маму в больницу положили…

 

Таисия Петровна

В больницу?!

 

Нина

На три дня только. Может, и на меньше.

 

Таисия Петровна (шокированная)

Вот что!

 

Нина

А потом всё.

 

Таисия Петровна

Ну, хоть на этом спасибо.

 

Нина

Всего три дня. Может, и меньше.

 

Таисия Петровна

А зачем нам-то это?

 

Звонок.

 

Нина

Коля.

 

Бросается в прихожую. Все смотрят на дверь. Нина вводит молоденькую девушку, беременную, с закутанным лицом.

 

Таисия Петровна

Наверное, это ошиблись, Нина. Зачем сразу сюда? Вам кого надо? Кого надо-то?

 

Девушка откидывает платок. Это Надя.

 

Нина

Ей Николая надо, она сказала.

 

Таисия Петровна

Какого Николая?

 

Надя

Козлова.

 

Таисия Петровна

Зачем?

 

Надя

По личному делу.

 

Достаёт платок, вытирает нос.

 

Фёдор Иванович

Какого Козлова?

 

Надя

Да вашего.

 

Прячет платок в сумку.

 

Фёдор Иванович (узнав Надю)

Фу ты… А вы кто будете, вообще говоря?

 

Надя

Это не имеет значения.

 

Фёдор Иванович

Как, как то есть?

 

В дверях появляется бабка.

 

Бабка

Ой! Давно не видели. Это она. Ай-яй-яй…

 

Таисия Петровна садится на стул. Фёдор Иванович прислонился к стене.

 

Здрасьте!

 

Надя

Здорово!

 

Она говорит как-то безразлично и вяло.

 

Таисия Петровна

Вы кто, простите, как вас зовут?

 

Надя

Надежда.

 

Таисия Петровна

Как это я сразу вас не узнала.

 

Бабка

Изменилася.

 

Фёдор Иванович

Здорово изменилася.

 

Нина уходит в боковушку. Молчание. Видно, что Надя производит на всех страшное и тяжёлое впечатление своим видом, что все окружающие чувствуют невольное сострадание к ней и преодолевают это чувство — весьма успешно.

 

Таисия Петровна (найдя нужный тон)

Подумать только, а?

 

Фёдор Иванович

Нарочно не придумаешь.

 

Бабка

Вот бабы, бабы…

 

Таисия Петровна (сочувственно)

Есть хотите?

 

Надя

Хочу.

 

Таисия Петровна

Раздевайтесь, садитесь. Мама, давай здесь поужинаем.

 

Надя раздевается в прихожей, садится. Бабка и Таисия Петровна накрывают на стол, носят еду.

 

К столу, Надя. Хлеб вот, масло.

 

Надя начинает есть, все на неё смотрят.

 

Бабка

Изменилася…

 

Фёдор Иванович

Точно.

 

Таисия Петровна

Какой месяц-то у вас, Надя?

 

Надя

Седьмой.

 

Фёдор Иванович

Ничего себе!

 

Спохватывается.

 

Да, выглядишь ты, Надя, прямо скажем… Да. Не та краса. Волос не тот.

 

Надя

А я в больнице лежала.

 

Таисия Петровна

Что, серьёзное что-нибудь?

 

Надя

Да, было что-то…

 

Фёдор Иванович

Н-ну… А как собираешься дальше?

 

Надя (пожимает плечами)

Фиг его знает.

 

Фёдор Иванович

Мужа-то завела?

 

Надя

Мужа? Нет пока.

 

Фёдор Иванович

А живёшь в общежитии?

 

Надя

Да.

 

Фёдор Иванович

Комнату обещают?

 

Надя

Обещали вроде — раньше. Обещали, как детдомовской.

 

Фёдор Иванович

А когда дают?

 

Надя

Теперь через два года, наверное.

 

Фёдор Иванович

Ну, через депутата. Как матери-одиночке.

 

Надя

Да, надо. Я в больнице провалялась почти два месяца.

 

Таисия Петровна

Надо в постройком обратиться. У нас в таких делах месткомовские бабы хлопочут.

 

Надя

Да. Закурить не найдётся?

 

Фёдор Иванович

Извини, не курим. Н-ну, а кто отец?

 

Таисия Петровна (перебивает)

Не курим. Маленький ребёнок в доме.

 

Надя

У вас?

 

Таисия Петровна

А что, у нас.

 

Надя

С каких пор?

 

Таисия Петровна

А недавно.

 

Кричит.

 

Нинок! Выдь-ка.

 

Нина появляется на пороге.

 

Вот — жена Колина. Старая любовь, можно сказать.

 

Фёдор Иванович

Не ржавеет.

 

Таисия Петровна

Любила его с первого класса и дождалась. Нин, посиди с нами.

 

Нина

Сейчас, надо только пелёнки замыть.

 

Исчезает в комнате и выходит с комком пелёнок в ванную.

 

Таисия Петровна (Наде)

А что к нам, какими судьбами занесло?

 

Надя

Так… Шла недалеко. Тут проходила, думаю, знакомые живут. У меня знакомых кроме вас нет.

 

Фёдор Иванович

Так уж и нет! Ой! Небось есть, и не один.

 

Смеётся.

 

Надя

Не те знакомые.

 

Фёдор Иванович

Ой, ой, небось те.

 

Бабка

Как изменилася, просто не верится.

 

Плачет ребёнок. Таисия Петровна вдруг срывается с места и бежит в боковушку, следом за ней бабка. В комнату вбегает, на ходу вытирая руки, Нина.

 

Фёдор Иванович

Ничего, ничего, Нинок… Туда… бабки побежали.

 

Нина снова уходит стирать.

 

Как чокнутые, эти бабки.

 

Надя

Сын или дочь?

 

Фёдор Иванович

Это… как там. Девка.

 

Надя

Как зовут?

 

Фёдор Иванович

А… Это неизвестно.

 

Надя

Ещё не решили?

 

Фёдор Иванович

Да нет.

 

Надя

У меня мальчик будет. Николай.

 

Фёдор Иванович (лукаво)

А по отчеству?

 

Надя

А Николаевич.

 

Фёдор Иванович

Почему это — Николаевич?

 

Надя

А Колин.

 

Фёдор Иванович

Да брось, что ты, в самом деле. Ты у нас когда ночевала?

 

Надя

А я ж к нему ездила в Сызрань.