Новинки
 
Ближайшие планы
 
Архив
 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
 
Статьи
По литературе
ГУЛаг
Эхо войны
Гражданская война
КГБ, ФСБ, Разведка
Разное
 
Периодика
 
Другая литература
 
 
Полезные проекты
 
Наши коллеги
 
О нас
 
 
Рассылка новостей
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 
 
Полезные программы
 
Вопросы и ответы
 
Предупреждение

Поиск по сайту


Сделать стартовой
Добавить в избранное



 

Павел ПЕППЕРШТЕЙН
(собств. Пивоваров)
(род. 1966)

      Художник, литератор, критик, теоретик искусства.
      Родился в 1966 году в Москве. Сын художников Виктора и Ирины Пивоваровых. В 1987 году закончил учебу в пражской Академии изящных искусств. Один из основателей группы художественной группы "Инспекция "Медицинская герменевтика"" – одного из самых интересных и продуктивных образований в русском современном искусстве. (Cостав группы: с 1987 по 1991 – П.Пепперштейн, С.Ануфриев, Ю.Лейдерман, с апреля 1991 года по наши дни вместо Ю.Лейдермана, который с тех пор работает отдельно, в группу входит В.Федоров).
      Участник многочисленных отечественных и зарубежных выставок. Персональные выставки (выборочно): "Три инспектора" (МГ, Галерея младых, Прага), "Ортодоксальные обсосы – Обложки и концовки" (МГ, Кунстхалле, Дюссельдорф).
      Автор статей по проблемам современного искусства в отечественных и зарубежных изданиях.
      Идеология "Медицинской герменевтики" – это сплав казалось бы несовместимых языков описания: от современной западной философии и теологических доктрин православия и даосизма до языка психиатрии и фармакологии, создающий совершенно неповторимую манеру изложения, где шизоидность нарочита и возведена в метод, позволяющий одновременно слегка касаться всего и достигать сверхпозитивных результатов при внешней квазинаучности текстов. Имитация сумасшествия, тем не менее, настолько неотделима от иронии "Медгерменевтов", насколько у читателя или зрителя хватает терпения и чувства юмора в равной степени. Художественные или теоретические тексты "МГ", как и их инсталляции или графика – без сомнения, самое яркое, что удалось воплотить поколению отечественных художников, пришедшему на смену "старшим" концептуалистам.
      Более 100 персональных и групповых выставок в более чем 20 странах мира включая Россию на протяжении только последних десяти лет. В идеологии и практике "МГ" принципиально не проводится различий между индивидуальной деятельностью и деятельностью группы, хотя, справедливости ради, следует отметить, что это – официальная позиция группы, которая не совсем соответствует действительности. Если в текстах и экспозициях раннего периода (1987 – 1991) действительно присуствовало коллективное со-творчество (даже если текст создавался от лица кого-либо одного), то впоследствии, с уходом Лейдермана, все яснее обозначалась доминирующая роль П.Пепперштейна. В конце концов с 1998 года можно с уверенностью говорить о начале сугубо индивидуальной карьеры Пепперштейна, который полностью взял на себя ответственность за действия от лица "МГ" – касается ли это прошлого группы или ее настоящего.
      В качестве художника П.Пепперштейн принимал участие в групповой выставке галереи "Obscuri Viri" "Победа и поражение" (1994 год), в "Obscuri Viri" он представил свою первую персональную выставку "Сладкая тьма" (1998), он также являлся художником шестого и одиннадцатого номеров журнала "Место Печати", в котором Пепперштейн (самостоятельно или под маркой "МГ") является постоянным автором.
      В "Obscuri Viri" он опубликовал свою книгу стихов "Великое поражение и великий отдых" (1993), и наконец, единственная полностью опубликованная книга "МГ" "Идеотехника и рекреация" вышла также в "Obscuri Viri" (1994), на русском и английском языках.
      В 1998 году "Obscuri Viri" полностью посвятило одиннадцатый номер журнала "Место Печати" феномену "Медицинской герменевтики".

    Персональные выставки

    2001

    "Девушка и туннель", Кауфман, Цюрих
    "Выставка одной беседы" (совместно с И. Кабаковым и Б. Гройсом), Кунстхаус, Цуг, Швейцария
    (без названия), Larivier, Париж

    2000

    "Вон из Лабиринта!" (совместно с А. Гринманом) в музее Израиля, Иерусалим
    "Вещи в Ландшафте" (совместно с В. Пивоваровым), "Obscuri Viri", Москва
    "Русский роман 2000", г. Риджина, Москва
    "Моисей" (совместно с группой "Россия"), KunsHouse, Цуг, Швейцария
    "Экспедиции", Галерея М. Гельмана, Москва
    "How to meet an angel?" (совместно с И. Кабаковым), Galley Sprovieri, London
    "Два Ангела" (совместно с В. Пивоваровым), Karmelitenkloster, Graz, Австрия

    1999

    "Отец и сын" (совместно с В. Пивоваровым), Kunsthaus Zug, Швейцария

    1998

    "Сладкая тьма", галерея "Obscuri viri", Москва
    "Бинокль и монокль. Жизнь и работа", Kunsthaus Zug, Швейцария

    1997

    "Портрет старика", Русский Музей, Санкт-Петербург

    1996

    "Игра в теннис" (совместно с И. Кабаковым), Pori art Museum (Финляндия)

    1995

    "Белое окно" Villa Waldberta, Feldafing

    1994

    "Переживание в башне", Galerie Inge Baecker,Кельн
    "Парамен", Галерея Инзам, Вена
    "Процесси", Human Space Art Center, Milano

    1993

    "Швейцария + Медицина", Швейцарский Институт, Нью-Йорк, США
    "Пустые иконы", L галерея, Москва

    1992

    "Боковое пространство сакрального в СССР", галерея "Инзам", Вена, Австрия

    1991

    Выставка МГ "Военная жизнь маленьких картинок", галерея "Крингс-Эрнст", Кельн, Германия

    1990

    Выставка МГ "Три ребенка". Галерея Младых, Прага, Чехия
    "Ортодоксальные обсосы – обложки и концовки", Кунстхалл Дюссельдорф, Западная Европа

    Групповые выставки

    1999-2000

    Передвижная выставка "Безумный Двойник", организованная Обществом коллекционеров современного искусства (Москва) и Аполлонией – Европейские художественные обмены (Страсбург). Москва – Нижний Новгород – Самара – Екатеринбург – замок Уарон (Франция), декабрь 1999 года – июнь 2000 года
    "Neues Moskau" Ifa-Galerie, Берлин

    1997

    "Экология пустоты", ИСИ, Москва
    Московский Форум Художественных Инициатив ("Сними, надень, никогда не снимай"). Малый Манеж, Москва
    "Евроремонт". Выставочный зал в культурно-историческом центре "Славянский", Москва "Mistical correct". Galerie Hohenthal. Berlin
    "Арт-Москва-97". ЦДХ. Москва
    Передвижная выставка "История в лицах. Современное русское искусство, 1956-1996", организованная музеем "Царицыно", Нижний Новгород, Самара, Новосибирск, Пермь, Екатеринбург.
    "Искусство нонконформистов из СССР. Коллекция современного искусства музея "Царицино"; Будапешт, Мучарнок.
    "Иконы". В рамках III Биеннале современного искусства в Цетине, Черногория

    1996

    "Holler, Hermeneuyik und die auf dem Wasser Sitzenden" (Карстен Холлер, "Инспекция Медицинская герменевтика и Вадим Захаров"). Галерея София Унгерс, Кельн, Германия
    "В гостях у сказки" (куратор О. Саркисян). ЦСИ, Москва (каталог)
    "Papier". Galerie Hohental & Litter, Берлин, Германия
    "Strangers in Arctic". Rundertorn. Копенгаген, Дания
    Выставка проектов в галерее "Айдан", Москва
    "Границы интерпретаций" РГГУ, Москва. Выставка Коллекции Спровьери в Карлсруэ

ПРЕДЛОЖНЫЙ ПАДЕЖ

      Павел Пепперштейн – продолжатель концептуалистского дискурса на современном этапе. Сын одного из лидеров этого направления в Москве – Виктора Пивоварова – он рос вместе с развитием "московского романтического концептуализма". Он блестящий теоретик, писатель, художник. В конце 80-х основал группу "Инспекция "Медгерменевтика", оказавшую существенное влияние на творчество многих художников. В контексте выбранного направления, он понимает визуальную практику как текст, равноценный тексту: графические и живописные образы адекватны его теоретическим рассуждениям. "Дешифровка" произведений Пепперштейна возможна только с учетом знания сложнейших изысканий предыдущего этапа актуального искусства. Его герои – комментарии, "комментарии комментариев" художественных акций, образов и теоретических положений, разрабатываемых предшественниками. Если, очень условно, обозначить круг проблем, волнующих художника, то – помимо сугубо теоретического дискурса – его темами можно считать анализ соотношения субъективного и реального, виртуального и конкретного в жизни человека. Одним из самых точных определений его творчества, принятых в искусствоведческих кругах, стал термин "психоделический реализм", причем сам термин предложен Пепперштейном. Психопатологическая личность, искореженная непонятным и враждебным социумом, детские страхи и комплексы, порожденные угнетающей действительносью, трансформируются на его полотнах и графических листах, тем не менее, в поэтические визуальные образы. Сюжеты Пепперштейна – своеобразная "скоропись" внутренних переживаний, личностных трактовок и теоретических выводов индивидуума, с философским отстранением анализирующего окружающий контекст. Очень часто художник идентифицирует себя с персонажем, погружается в его знаковую систему, и тогда в серии произведений перед зрителем разворачивается, своего рода, "поток сознания", виртуальные путешествия от имени того или иного лица. Несмотря на сложную для восприятия внутреннюю природу дискурса, произведения постконцептуалистского поколения художников, лидером которого можно считать Пепперштейна, отличаются внятной визуальностью, поэтому зритель, далекий от эзотерических проблем направления, легко воспринимает произведение в целом, как своего рода поэтическую формулу, тем более, что Павел Пепперштейн блестяще владеет мастерством рисовальщика.
      Елена Селина
      (Из проекта "Искусство России")


    Сборник "Военные рассказы"

    Содержание:

    Бог
    Перевал
    Стычка в степи
    Отелло
    Тело языка
    Язык
    Стелящийся (предвосхищение 11 сентября)
    Америка
    Граница
    Россия
    Разноцветные зубы
    Золотая голова
    Желтый конверт
    Подвиг модели
    Живой гроб
    Казантип
    Конец романа о войне
    Я больше не буду
    Призраки коммунизма и фантомы глобализации
    Эскадра
    Военные рассказы
    Прожорливый торт
    Война полов
    Абстрактные воины
    Жидкие воины
    Атака
    Неудачная исповедь
    Енот изнутри
    Война дня и ночи
    Плач о родине

    Фрагмент:

          "Уже через десять минут после звонка к Сазонову у него в блиндаже сидели майор Тихонравов и капитан Челышев, обсуждая засылку в тыл к немцам своих людей.
          — Засылать надо сразу в нескольких местах, группами по четыре-пять человек. Переходить линию фронта ночью, и каждый раз переход сопровождать отвлекающей операцией на соседнем участке… — уверенно говорил Тихонравов, постукивая папиросой по крышке портсигара.
          — Ночью это хорошо,— улыбнулся Челышев,— ночью все волки серы. Даже белые волки. Только, Аркадий Донатович, запускать сразу такой караван это значит всех немцев переполошить на линии. Я бы для начала запустил одного — одного единственного. Есть у меня такой единственный, который стоит многих. Стольких фрицев приволок — словно нюх у него на них! Пускай сходит туда, а там посмотрим. Один тихий человек линию не вспугнет, воды не замутит. Как говорится: хороший конь борозды не испортит. Авось дорогого гостя нам приведет. Дайте мне две ночи — пусть мой человек поработает, а вы пока что готовьте ваши группы по пять человек.
          — Две ночи много. Одну ночь даю тебе, капитан,— нахмурился Сазонов,— пускай человека. И завтра доложишь.
          Человек, о котором шла речь в блиндаже, той же ночью пересек линию фронта. Капитан Челышев и другие офицеры знали этого человека как рядового полевой разведки Егора Сычова. Знали, что он мастер своего дела и действует успешно даже в таких ситуациях, где другие бессильны. «Видно, такой дар у него! — говорили о нем.— Умеет стать невидимым, бесшумным, и словно видит в темноте. И слух у него острый. Да и фамилия говорящая: Бог шельму метит».
          Произнося имя «Егор Сычов», они представляли себе спокойного, светлоглазого парня средних лет, худого, в сдвинутой набок пилотке — обычного на вид красноармейца.
          Но перед тем, как идти на дело, Сычов переоделся во все гражданское и нырнул в темноту. Как он прополз через линию фронта, никто не видел. Он работал без прикрытия, без огневой поддержки — любил сливаться с землей. Если бы увидели его сейчас те, кто отдавал ему приказы, то не узнали бы его. Он двигался как червь и, почти не отрывая лицо от земли, усмехался. Такой кривой улыбочки, с поблескиванием медного зуба в углу рта, не видали на этом лице командиры. Да и не знали о нем толком. А он уже был не рядовой Егор Сычов, а Сыч, когда-то известный в Одессе вор..."


    Повести "Свастика и Пентагон"

    Аннотация к книге:

          Новая книга Павла Пепперштейна – хороший “пандан” к его недавно вышедшим “Военным рассказам”. Если там царствует фэнтезийная баталистика, то в новом сборнике читателя ждут два магических детектива.
          Любят, ох любят кондовую советскую стилистику авторы «Ad Marginem’a» – то старательно ее копируя, то доводя до пародийного абсурда. Вот и Пепперштейн в юности явно зачитывался опусами, ныне издаваемыми в серии «Атлантида». Но в его книге канон старого детектива перекроен до основания. Мифы, символы и знаки советской пропаганды тут вовлечены в развеселую карнавальную пляску. Юная компания друзей (повесть «Пентагон») проводила каникулы в Крыму и во время ночной рейв-дискотеки на пляже недосчиталась Юли Волховцевой. Вернулись в Москву без нее, и все поиски натыкаются на таинственную стену: родственники явно что-то знают, но скрывают правду от подростков. Сюжет из молодежной детективной прозы медленно мутирует в область шизополитологии. Бомж, выдающий себя за академика РАН, впаривает Юлиным друзьям несусветную конспирологическую «телегу» о секретном советском оружии «Пентагон» (оно делает военные объекты невидимыми для врага), о его астральных прототипах в русской литературе («Чертогон» Лескова и «Бибигон» Чуковского) и об отважной русской девушке Юле, согласившейся участвовать в испытании этого антиамериканского чудо-оружия... Басни «академика» подкрепляются статистическими данными о здании Министерства обороны США, его тайной истории, а заодно и экскурсами в геометрическую теорию пентаграммы. А по версии одного из Юлиных друзей, студента ВГИКа Коли Буратино (мечтающем «снимать свой галлюциноз в кино»), пропажа Юли – лишь воплощение классического киносюжета: то ли из «Леди исчезает» Хичкока, то ли из «Приключения» Антониони...
          Но Сергей Сергеич, долго живший в Индии и знающий секреты древних символов, шутя распутывает историю с «Пентагоном». Как, впрочем, и со «Свастикой». Именно так во второй повести называется некая крымская вилла, построенная до революции богачом, любителем индийской мистики. В советское время часть свастичных изображений демонтировали, но кое-где в интерьерах они сохранились. И вот в наши дни на вилле один за другим появляются трупы. Каждый из убитых – фронтовик, ветеран Великой Отечественной войны, и каждое из тел распростерто на полу в позе, напоминающей пресловутый индийский знак счастья. Кто виновен в смерти стариков: неофашисты, сектанты, сумасшедшие?.. Даже пространная, глубокомысленно-пародийная лекция о всемирно-ритуальном смысле свастики – от орнамента североамериканских индейцев до древнерусского «коловрата» – ничего толком не проясняет. «В Печорском районе Архангельской области, ныне Республика Коми, свастику называют “заяц”. Старейший мастер хохломской росписи Степан Павлович Веселов из деревни Мокушкино Нижегородской области часто изображал на древних тарелках ромб и свастику в центре, называя ее “рыжик”. О свастичных ромбах народные мастера говорили, что они “с пальцами”. В некоторых деревнях Рязанщины свастику называют “ковылем”. В рязанской Мещере свастичный орнамент именуют “коняшками”, конскими головами. Слитая в ромбовидный замкнутый меандр кайма называется “коситница”. По подсчетам омского автора Январского, насчитывается сто сорок четыре русских названия свастики, в том числе “посолонь”, “святодар”, “цветок папоротника”...» Только тов. Курский, старый муровский зубр и негласный специалист по антироссийской политической символике, способен победить притаившееся Зло. Которое, впрочем, у Пепперштейна не выглядит таким уж страшным.
          По материалам “Книжного обозрения” (Андрей Мирошкин)

    Страничка создана 23 февраля 2007.

Rambler's Top100
Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005.
MSIECP 800x600, 1024x768