Новинки
 
Ближайшие планы
 
Архив
 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
Журнал "Время и мы"
 
Статьи
По литературе
ГУЛаг
Эхо войны
Гражданская война
КГБ, ФСБ, Разведка
Разное
 
Периодика
 
Другая литература
 
 
Полезные проекты
 
Наши коллеги
 
О нас
 
 
Рассылка новостей
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 
 
Полезные программы
 
Вопросы и ответы

Поиск в нашей Библиотеке и на сервере imwerden.de

Сделать стартовой
Добавить в избранное


 

Михаил Михайлович РОЩИН
(имя собств. Гибельман)
(род. 1933)

      РОЩИН Михаил Михайлович, наст. фам. Гибельман (10. 2. 1933, Севастополь) — драматург, прозаик, сценарист.
      Писать начал в дет. возрасте. Первый опубл. рассказ «Теплая сталь» (1952) — о заводе, где он работал фрезеровщиком, был отмечен премией газ. «Моск. комсомолец». Окончил Лит. ин-т им. М. Горького.
      Перу Р. принадлежат сб-ки пов. и рассказов «В маленьком городе» (1956), «Каких-нибудь двадцать минут...» (1965), «С утра до ночи» (1968), «24 дня в раю» (1971), «Река» (1978), «Рассказы с дороги» (1981), «Южная ветка» (1982), «Чертово колесо в Кобулети» (1987), «На сером в яблоках коне» (1988) и др. Писатель неоднократно отмечал, что «считает себя прозаиком, а его считают драматургом» (авт. предисловие к сб. «Пьесы», 1980); тем не менее, большую известность принесла ему драматургия. Р.— автор пьес «Седьмой подвиг Геракла» (1963), «Дружина» (1965), «Старый новый год» (1966), «Валентин и Валентина» (1972), «Эшелон» (1973), «Девочка, ты где живешь?» (др. назв. «Радуга зимой» 1974), «Мой бедный Марат» (1974), «Ремонт» и «Муж и жена снимут комнату» (обе — 1975), «Спешите делать добро» (1979), «Близнец» (1984), «Вся надежда» (др. назв. «Роковая ошибка»), «Перламутровая Зинаида» (обе — 1986), «Аристофан, или Постановка комедии "Лисистрата" в городе Афины» (1987), «Шура и Просвирняк» (1988; одноим. пов.).
      Р. работал над инсценировками произв. классической лит-ры, в т. ч. «Острова сокровищ» Р. Стивенсона (Центральный театр Сов. Армии), «Анны Карениной» Л. Толстого (МХАТ), «Мастера и Маргариты» М. Булгакова (Тюменский областной драматический театр). По его сценариям сняты к/ф: «Это серьезно» (по мотивам пьесы «Валентин и Валентина»; 1975), «Новые приключения янки при дворе короля Артура» (1984), «Старый новый год» (по одноим. пьесе; 1986), «Шура и Просвирняк» (по одноим. пьесе; 1988), «Ситцевый городок» (по пьесе «Вся надежда»; 1989), «Эшелон» (по мотивам одноим. пьесы; 1990).
      Пристальный интерес к современности и современнику отличает прозу и драматургию Р. При этом внимание писателя сосредоточено гл. обр. на общечеловеческих проблемах. После выхода в свет первых прозаических сб-ков Р. наряду с одобрением читателей и критиков были и упреки в миросозерцательном благодушии, излишней умиротворенности в ущерб подлинному драматизму и сложности жизни, а также призывы обратиться к острым социальным темам. Однако выбор честной человеческой жизни в качестве предмета исследования, нек-рая усталость, недоверие и отстраненность от общественных тем и повышенное внимание к проблемам самоопределения и нравств. выбора личности принципиальны для Р. Его проза — это широкий спектр жизненных впечатлений, сюжетов, характеров. Здесь соседствуют повести о городских «трудных» девочках-подростках («Роковая ошибка») и молодом И. Бунине («Бунин в Ялте»); рассказ о первой любви, не выдержавшей напора внешних обстоятельств («Бабушка и внучка») и история любви последней, вместе с которой уходит жизнь («Чертово колесо в Кобулети»); полная напряженного психологизма повесть на вечную тему «талантов и поклонников» («Сад непрерывного цветения») и мозаичные картины из жизни худож. и околохудож. элиты («Море волнуется»); рассказ о женщине, вновь открывающей для себя простые истины верности и любви («Июль»), и ироничная зарисовка о мужчине, творящем идеал в своем воображении («Алина»). Автор внимателен к повседневности с ее житейскими драмами, давящим бытом и неустроенными судьбами и одновременно с ее радостями, человеческим взаимопониманием и даже прорывами в сферу ирреального. Один из исследователей определил идейно-тематические составляющие прозы Р. как «отданность бытию и безусловный приоритет частной жизни» (Виноградов И. О прозе Михаила Рощина // Рощин М. Избранное. М., 1988. С. 664). Для Р. характерна увлеченность, порой завороженность жизнью во всех ее проявлениях; идея ее самоценности — один из лейтмотивов его прозы. В этом мироощущении — источник «умиротворенности и благодушия» писателя, глубоко оптимистичной и гуманной основы его творчества.
      Широк и жанровый диапазон прозаика. Ему доступны и психол. повесть, и притча; динамичный сюжет и почти бессюжетное повествование («Бунин в Ялте», «Южная ветка» и др.); в одном сборнике часто сведены житейские истории и «подлинно фантастические рассказы», по авт. определению («Канистра», «Викинг» и др.). Стилистически прозаик тяготеет к реалистическим традициям рус. классической лит-ры. Его отличает бережное отношение к слову, богатство интонаций и психол. языковых мотивировок, отсутствие экстравагантности и вычурности. Р. присуще мастерство психол. характеристики. Узнаваемы и органичны в его повестях и рассказах колоритные персонажи разного возраста и пола, представляющие тот или иной социальный и культурный слой общества.
      Идейно-худож. тенденции, отразившиеся в прозе Р., во многом характерны и для его драматургии. Тот же интерес к жизни современника, и прежде всего духовной, личной жизни, та же многоплановая повседневность, столь же узнаваемые колоритные характеры. В сравнении с прозой усиливается социальное звучание произв., в особенности в пьесах сатирического плана. Первый драматургический опыт — «Седьмой подвиг Геракла» — сатира-иносказание с использованием мифологического сюжета о греческом герое, очищающем от многолетней грязи конюшни (государство?) царя Авгия, не утратил актуальности в момент постановки в 1987 (театр-студия «Современник-2»).
      В комедии-притче «Ремонт» (Моск. театр сатиры, Ленинградский театр комедии, 1975) история капитального ремонта дома осмыслена драматургом как история «ремонта» человеческих душ через общение, как очищение и обновление социальной жизни и человеческих отношений.
      В комедии «Старый новый год» (МХАТ, 1973; Ленинградский театр комедии, 1974) разрабатывается тема опустошающего душу «вещизма». В фарсовых, гротесковых тонах представляет драматург жизнь и быт «принципиально рабочего» Себейкина с его незамысловатой жизненной философией («живи проще!») и хищным инстинктом собственника («снегоочиститель, и тот на себя гребет!») и конструктора по интерьеру Полуорлова, пресыщенного и ироничного сноба, мечтающего спустить в мусоропровод большую часть вещей и тем самым получить «духовную свободу». Герои-антиподы быстро находят общий язык. Обычно мягкий в оценках и нетенденциозный, Р. достаточно язвительно высмеивает в этой комедии без положительных героев печальные нравств. итоги, к которым приводит недостаток духовной культуры при материальном достатке.
      Полна сатирического пафоса и пьеса «Перламутровая Зинаида» (МХАТ, 1986). Именно так называется произв., которое никак не удается главному герою — писателю Аладьину. Роман для него — редкая возможность уйти из суетной действительности в мир мечты и гармонии, но жизнь в лице ревнивой и алчной жены, редактора-конъюнктурщика, актрисы, требующей роли, берет свое... Шедевр не получился, надежды не сбылись — на всем лежит печать иронического скепсиса поздних 70-х гг., когда и была написана пьеса.
      Др. группу составляют, по определению автора, «лирические» пьесы, в основу которых положены любовные или внутрисемейные коллизии («Валентин и Валентина», «Муж и жена снимут комнату», «Спешите делать добро» и др.). В них закономерно явное внимание драматурга к ситуации, когда герой стоит перед нравств. выбором. В 70-е гг. ряд талантливых драматургов (А. Вампилов, А. Дворецкий, Р. Ибрагимбеков и др.) отличало внимание к социальным процессам нравств. развития, к взрослению личности. Исследователи увидели в этом обращение к чеховским принципам построения драмы.
      В пьесе «Валентин и Валентина» («Современник», 1971, МХАТ; Ленинградский Большой драматический театр, 1972) молодые герои отстаивают свое право на любовь и самостоятельную жизнь, не только вступая в конфликт с родителями, но и преодолевая множество внутренних барьеров, сомнения, страх, малодушие. Именно этот процесс познания себя, драма первого серьезного жизненного испытания привлекают автора пьесы прежде всего. Сюжетно и тематически продолжает ее семейно-бытовая комедия «Муж и жена снимут комнату» (Ленинградский театр драмы и комедии, 1976). Р. прослеживает извечное столкновение представлений об идеальной любви с действительностью. Симпатизируя героям, драматург все же оставляет открытым финал пьесы, не настаивая на однозначно счастливом конце.
      Необычная ситуация положена в основу пьесы «Спешите делать добро» («Современник», 1980). Глава семьи Мякишевых, возвратившись из командировки, привозит с собой девочку-подростка, которую спас от самоубийства. В размеренный быт столичной семьи вторгается недетская драма Оли Соленцовой, которая становится для окружающих нравств. испытанием. Драматург показывает, как порой важно не только сделать, но и отстоять добро.
      Особое место в драматургии Р. занимает пьеса «Эшелон» (МХАТ, «Современник», 1975; 3-я премия и диплом 3-й степени на фестивале «Московская театральная весна-75» присуждены за триптих на воен. тему из спектаклей «Вечно живые» В. Розова, «Из записок Лопатина» К. Симонова и «Эшелон» Р.). Она имеет автобиогр. характер, посвящена матери драматурга и связана с его дет. впечатлениями от эвакуации во время Великой Отеч. войны. В пьесе очень сильны элементы эпического повествования, что придает ей нек-рую статику и снижает сценичность, однако ее высокий героико-лирич. пафос, живые характеры женщин, в судьбах которых обобщена судьба народа на войне, ставят «Эшелон» в ряд лучших произв. драматурга.
      Очень непростой была сценическая жизнь мн. пьес Р. В нач. 60-х гг. реж. Б. А. Львов-Анохин планировал поставить «Седьмой подвиг Геракла» в Малом театре. Но пьеса появилась на др. сцене лишь 25 лет спустя. 2 года «Современник» добивался разрешения играть «Эшелон», многочисленные переделки затормозили на 7 лет постановку «Старого нового года» во МХАТе, а пьеса «Валентин и Валентина» шла там без объявления в афише, пока в высоких инстанциях обсуждалась приемлемость ее языка и коллизий. Любимая пьеса Р. «Ремонт» с успехом шла в Театре сатиры, пока не была снята со сцены по решению официальных органов в 1979. 10 лет длилась борьба за постановку «Перламутровой Зинаиды».
      Более чем за 30 лет творческой деятельности Р. приобрел широкую популярность среди читателей и зрителей и репутацию одного из наиб. востребованных драматургов. «Он действительно творческий и мобильный человек,— пишет О. Ефремов, поставивший на сцене МХАТа не одну пьесу Р.,— кажется, что конца его придумкам и юмору нет. Юмор этот добрый, позитивный... Слово у него емкое, объемное, вкусное... он его любит, чувствует, он им играет» (Ефремов О. Начнем с себя // Совр. драматургия. 1986. №3. С. 9).
      Значительное место в творчестве писателя занимают публицистика и лит. критика. Творческие заслуги Р. отмечены в 1984 орденом «Знак Почета».
      Соч.: Пьесы. М., 1980; Рассказы с дороги. М., 1981; Чёртово колесо в Кобулети: Рассказы. М., 1987; Полоса: Повести, рассказы, статьи. М., 1987; Избранное: Пов., рассказы / Послесл. И. Виноградова. М., 1988.
      Лит.: Зубков Ю. Позиция критика // Огонек. 1972. №13; Бочаров А. Круги художественного конфликта // Вопросы лит-ры. 1974. №5; Фролов С. Судьбы жанров драматургии. М., 1979; Станилов Б. Парадоксы добра // Театр. М., 1981. №46; Латынина А. Минута застарелого тяготения // Лит. газ. 1985. 7 авг.
      И. В. Монисова.
      (Из биографического словаря "Русские писатели ХХ века")


    Творения:

    Игорь Виноградов. "О прозе Михаила Рощина" — ноябрь 2009

    Повесть "Южная ветка" — ноябрь 2009

    Фрагмент из повести:

          "Херсонес! Великое, высокое место!
          Но с ним связано и другое,— что нам древние греки? — здесь, если копнуть сухую землю в любом месте, тотчас глянет на тебя ржавый патрон, пряжка, кусок брезентового ремня, осколок, алюминиевая не наша пуговица, а то и котелок, и граната, и кусок трака от танка или каска. Начиная отсюда и дальше, до Казачьей и Камышовой бухт, до самого Херсонесского маяка и мыса, лежало после войны (сюда и не пускали патрули, но мы, мальчишками, все равно пробирались) одно из великих кладбищ войны: сюда сбиты были и отсюда сброшены в море немецкие дивизии, оборонявшие Крым. Каски складывали пирамидами, поражавшими воображение, пляж, где катаются сейчас на свободе волны, завалило упавшими как попало с обрыва, точно детские игрушки, танками, грузовиками, повозками, орудиями. Глазам не верилось, что такое может быть. Среди степи мог валяться на пузе самолет с красными звездами на крыльях или черный, шикарный открытый лимузин, с черными кожаными сиденьями, простроченными, как ватник, и частью уже вырезанными сапожным ножом. Мы не застали, потом приехали, а отец рассказывал: под колесами хлюпало от трупов, стоял май, горели маки, цвел ковыль, солнце сияло, и лопались сами по себе раздутые лошадиные туши, распугивая отяжелевших коршунов. Тысячи пленных сидели и лежали на земле под солнцем, «студебекеры» вывозили немецких раненых, а море, еще холодное, веселое, весеннее, выплескивало и выплескивало на берег солдатские трупы, образуя кромку вдоль пляжа, как теперь наносит море мусор, водоросли и дохлых мальков — на растерзание крабам и чайкам. Выгорел мазут на земле, дымили костры и походные кухни. На берег ехали и ехали из города, из всей армии, со всех сторон поглядеть: что тут есть? И матросы с кораблей, и те, кто живой остался и помнил, как два года назад, на этом самом месте, вот так же придавили к морю нас, строчили с воздуха, били с моря, жгли огнеметами,— не дали снять с берега раненых, отсекли, насладились победой за всю бесконечную нашу оборону, и отборные ребята с Малахова, с Мекензиевых гор, с погибших кораблей рвали на себе тельняшки и плакали от бессилия, от обиды смертельной,— они выдержали все, а теперь погибали на мысу, оставались обреченными на смерть, на плен, и это невыносимое, запредельное для души чувство для тех, кто бился и не сдавался, чей принцип, чей смысл жизни заключался в несдаче,— это состояние тысяч сердец так, видно, и осталось стоять в херсонесском воздухе. Морю, ветру все равно, но мне не все равно, я знаю, помню, чувствую, как это было. Тысячи с одной стороны, и тысячи с другой. Тысячи. Десятки тысяч. Горе."


    Рассказ "Бунин в Ялте" — май 2004


    Ссылки:

    Страничка Михаила Рощина в "Журнальном зале"
    Пьесы Михаила Рощина в библиотеке театра-студии "У паровоза"
    Статья "Бунин, Рощин, "Темные аллеи"" в "Литературной газете" за 2000 г.
    Статья "Выдающемуся драматургу и писателю Михаилу Рощину — 70 лет" на сайте "News.ru" за 2003 г.

    Страничка создана 14 мая 2004.
    Последнее обновление 19 ноября 2009.

Rambler's Top100
Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005.
MSIECP 800x600, 1024x768