Библиотека Александра Белоусенко

 
Поиск в нашей библиотеке и на сервере imwerden.de
 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
Журнал "Время и мы"
 
Архив
 
О нас
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 

Сделать стартовой

Библиотека Im-Werden (Мюнхен)

Конецкий В.В. Морской литературно-художественный фонд имени Виктора Конецкого

Олег Греченевский. Публицистика

Отдав искусству жизнь без сдачи... Сайт о Корнее и Лидии Чуковских


 

Олег ЗАЙОНЧКОВСКИЙ
(род. 1959)

      "Певец городков и микрорайонов", прозаик-бытописатель, финалист "Русского Букера", потомок польских шляхтичей Олег Зайончковский начал писать довольно поздно и лишь оттого, что любимая "половинка" Наташа заявила: "Я больше не хочу быть женою слесаря!". Впрочем, даже под давлением не каждый слесарь и не каждый дворянин может стать писателем, а вот Зайончковский — смог.
      Возможно, этому помогла страстная, с детства, любовь к литературе, чтению. Она, в свою очередь, развилась из-за катастрофического одиночества будущего писателя. Олег Зайончковский родился в Куйбышеве (ныне Самара) в 1959 году, но семья часто переезжала: в Волгоград, на Урал, в Подмосковье. Зайончковский смеётся, что адаптация его, мальчишки, на новом месте всегда проходила по такому сценарию: вышел во двор, попробовал влиться в компанию, получил леща и вновь спрятался дома, сбежав в мир книг и выдуманных друзей. Обособленности способствовала и болезненность ребёнка. С младенчества страдая от хронической пневмонии, к подростковому возрасту Олег Зайончковский мог "похвастаться" неоднократными госпитализациями, 40 обострениями и двумя клиническими смертями.
      Такой опыт, казалось бы, сформирует личность мрачную, меланхолика и мизантропа. Напротив, вышел человек светлый, самодостаточный, погруженный во внутреннюю гармонию. Именно таким Олег Зайончковский показался будущей жене Наташе, когда в 13 лет стал её школьным товарищем.
      Семья Зайончковских поселилась в подмосковном городке Хотьково. В пику неоднократным переездам в детском возрасте, Олег Викторович крайне неохотно покидал новую малую родину.
      Заводскую карьеру Олег Зайончковский вспоминает с удовольствием. Говорит, что это была пьеса, в которой он прекрасно исполнил свою роль: слесарничал, украшал улыбкой Доску почёта, с удовольствием иногда пьянствовал с коллегами. Позже работал мастером по вызову, чинил электротехнику — пока супруга Наташа не произнесла ту самую фразу: "Не хочу быть женою слесаря!".
      По специальности Наташа филолог, и Олег Зайончковский рассудил, что такой женщине подойдет муж-писатель. Он достал из гаража старенькую печатную машинку, починил её и приступил к написанию своего первого опуса — романа в новеллах "Сергеев и городок". Когда рукопись была готова, женщина сама отправилась с нею покорять издательства. Сдалось лишь одно — "ОГИ". И не прогадало. "Сергеев и городок" с ходу вышли в финал премии "Букер — Открытая Россия" в 2004 году, а в 2005-м претендовали на звание "Национального бестселлера".
      В прозе Олега Зайончковского звучат интонации русской классической прозы, но не стилизованной, а в её современном варианте. Легко узнаваемые герои, легко узнаваемые переживания — писатель рассказывает о жизни маленьких городков и маленьких людей. В ней событиями являются поход в парк, смена экранной заставки компьютера или внезапное похолодание. Но это та растительная жизнь, благодаря которой поколения всё еще сменяют друг друга, а человечество выживает вопреки любым историческим коллизиям.
      (Из проекта "Libs.ru")


    Произведения:

    Повесть "Люда" (2005) (html 442 kb, doc-zip 75 kb) (Копия из "Журнального зала", "Октябрь" №1, 2005) — декабрь 2018

          "“Жаба” не соврала. У заводской проходной действительно стоит зеленый “уазик” с синей полосой. Два милицейских сержанта, открыв дверцы, покуривают на передних сиденьях.
          – Белова?
          – Белова, Белова! – отвечает за Люду Трушин. – Какие вопросы, мужики?
          Так эти “мужики” и раскололись… Физиономии сержантов остаются ментовски-непроницаемы:
          – Там узнаете. – Отброшенная щелчком сигарета летит по дуге. – Поехали.
          Голос “уазику” достался солидный не по чину – почти баритон; однако ведёт он себя шаловливо – едет не быстро, зато старается подпрыгнуть повыше на малейшей дорожной кочке. Над передними сиденьями две головы в фуражках качаются на все стороны. Рация под “торпедо” то и дело разражается истерическими потоками согласных. Трушин придерживает Люду, чтобы не упала, и посматривает в окна: везут-то их, похоже, не в отделение. Наконец Лёша не выдерживает:
          – Эй, командир, хватит темнить! Может, скажете всё-таки, что случилось?
          Правая фуражка оборачивается.
          – Что случилось?.. – Ментовские глазки остро щурятся из-под козырька.
          – Да, что случилось?
          – Убийство, гражданин, – вот что случилось."
          (Фрагмент)

    Страничка создана 20 декабря 2018.

Rambler's Top100
Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005-2018.
MSIECP 800x600, 1024x768