Новинки
 
Ближайшие планы
 
Архив
 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
 
Статьи
По литературе
ГУЛаг
Эхо войны
Гражданская война
КГБ, ФСБ, Разведка
Разное
 
Периодика
 
Другая литература
 
 
Полезные проекты
 
Наши коллеги
 
О нас
 
 
Рассылка новостей
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 
 
Полезные программы
 
Вопросы и ответы

Поиск в нашей Библиотеке и на сервере imwerden.de

Сделать стартовой
Добавить в избранное


 

Георгий Николаевич ДАНЕЛИЯ
(род. 1930)

      Георгий Данелия родился 25 августа 1930 года в Тбилиси. Отец — Данелия Николай Дмитриевич (1902-1981), инженер-путеец, был бригадиром, начальником шахты, главным инженером Метростроя Москвы и СССР. Мать — Анджапаридзе Мери Ивлиановна (1905-1980), долгие годы работала на «Мосфильме» ассистентом, вторым режиссером, как режиссер-постановщик сняла несколько короткометражных фильмов. Супруга — Данелия Галина Ивановна, режиссер-постановщик, сняла фильмы «Француз», «Божья тварь», а также короткометражные картины «Шутка» и «Текущий день». Дети: Данелия Николай (1959-1985), режиссер, поэт, художник; Данелия Светлана, юрист; Данелия Кирилл, художник. Внуки: Ирина, Маргарита, Алена, Саша, Денис, Петр. Правнучка — Александра.
      «Кто такой Данелия? — сказал однажды о Георгии Николаевиче замечательный актер Е. Леонов. — Во-первых, это талантливый и самобытный художник, всегда разный и неожиданный даже для тех, кто его хорошо знает. И во-вторых, — это просто добрый человек: и талант его добр и фильмы его добрые. В каждом он оставляет кусочек доброты, кусочек своего сердца, кусочек своей любви к людям...»
      Детство Георгия прошло в Москве, в Уланском переулке, куда семья переехала из Тбилиси в 1931 году. Здесь он учился в школе, в 1954 году окончил Московский архитектурный институт. В 1954-1955 годах работал архитектором в Институте проектирования городов («Гипрогор»). Увлечение архитектурой нашло отражение и в его дальнейшей режиссерской работе. «Замысел будущей картины, — признается Георгий Николаевич, — начинается для меня с визуального образа, картинки, сочетания пропорций, ритмических соотношений. По первому образованию я архитектор, и это, видимо, неистребимо...»
      В 1956 году Георгий Данелия поступил на Высшие режиссерские курсы при киностудии «Мосфильм». Его учителями были Михаил Ромм, Сергей Юткевич, Леонид Трауберг, Юлий Райзман, Михаил Калатозов... Здесь, на режиссерских курсах, он снял две короткометражные картины: курсовую «Васисуалий Лоханкин» (совместно с Ш. Аббасовым) и дипломную, в двух частях, «Тоже люди» (1959) — экранизацию отрывка из романа «Война и мир» Л.Н. Толстого. Обе ленты (и каждая по-своему) заявили о своеобразии таланта и интересах начинающего кинематографиста. В первой сатирическая острота сочеталась с необычайной мягкостью и человечностью режиссера, во второй — впервые зазвучала та любовь к людям, которая лирической темой пройдет в дальнейшем через все его картины.
      В 1959 году Георгий Данелия начал работать режиссером-постановщиком на «Мосфильме». После учебных работ-экранизаций, где начинающий кинематографист проявил умение блестяще работать с первоисточником, естественным и логичным был ход к картине «Сережа» (1960) — режиссерскому дебюту Г. Данелия совместно с И. Таланкиным. «Несколько историй из жизни очень маленького мальчика» — повесть «Сережа» Веры Пановой, изданная в 1950 году, легла в основу фильма. С тех пор Георгий Данелия считает Панову своей «первой учительницей».
      «Сережа» принес создателям картины — режиссерам признание, славу, международные награды, начиная с «Хрустального глобуса» в Карловых Варах. После выхода в свет «Сережи» много говорили о взаимодействии кино с литературой, об оригинальной драматургии фильма, о новой мере реализма на экране. «"Сережа" — это фильм-исследование, фильм-наблюдение, где из поэтических подробностей происходящего, настроения и интонации рассказчика встает лирический образ солнечного, доброго мира и маленького человека, который начинает в нем жить», — писали о фильме критики.
      В этом первом творческом опыте ярко прорисовались коренные черты таланта начинающего режиссера. Прежде всего определилось его умение трактовать образ героя именно как характер. По мнению Данелия, характер на экране выражается в непосредственном действии героя. «Главное, — считает он, — чтобы герой, лица фильма запоминались сами по себе, своей личностью, обликом, поступками». Критики писали о режиссере, что «он не боится знакомых актерских лиц, потому что умеет в чертах привычных уловить нечто совершенно неожиданное, умеет повернуть знакомый профиль, найти ракурс, выявляющий суть человека или раскрывающий ее совсем по-новому. Вот почему многие актеры столь прекрасно сыграли именно в картинах Данелия...» Так, среди многочисленных замечательных работ В. Меркурьева, возможно, нет настолько филигранной, органически смешной миниатюры, как дядя-моряк в «Сереже». Вероятно, нет фильма, где был бы так прост, «домашен» С. Бондарчук, как в роли Коростылева.
      Следующая работа Георгия Данелия — психологическая драма «Путь к причалу» — вышла на экраны страны в 1962 году. Фильм подкупает зрителя жизненной прозой, тонкими по психологической разработке бытовыми сценами, где в обычных, подчеркнуто повседневных обстоятельствах проступает проблема общечеловеческих ценностей. Перед героями фильма (актеры Б. Андреев, О. Жаков, Л. Соколова, А. Метелкин, В. Никулин и др.) стоит выбор: жизнь или честь, страх или благоразумие, жестокость или мужество. И каждый из них находит свое решение.
      В 1963 году Георгий Данелия снял лирическую комедию «Я шагаю по Москве», которая органично вошла в историю отечественного кинематографа. В картине особое значение придавалось изобразительному решению, использованию музыки, тонкому раскрытию психологии героев. «Это картина о совсем молодых людях, — сказал о фильме М. Ромм. — Вспоминаешь ее — и хочется улыбаться. Картина начинается с улыбки и кончается ею. Она улыбается всеми своими кадрами... Каждый ее кадр радует веселой изобретательностью режиссера и оператора». Фильм снимался весело, азартно, легко. В нем сыграли тогда еще совсем молодые, а теперь выдающиеся актеры: Н. Михалков, А. Локтев, Г. Польских, Е. Стеблов... В эпизодах снялись В. Басов и Р. Быков.
      В своем следующем фильме — «Тридцать три» (1965) с Е. Леоновым в главной роли Георгий Данелия обращается к языку острой сатиры, гротеска, которые прекрасно соседствуют с добродушным юмором. После этой ленты Георгий Данелия нашел способ продолжить работу в этом жанре в качестве штатного режиссера киножурнала «Фитиль».
      В 1969 году в прокате появляется его картина «Не горюй!» — знаковая, фирменная работа режиссера, снятая по мотивам романа Клода Тилье «Мой дядя Бенжамен». «...Добрая, умная, сердечная и безукоризненная по вкусу картина», — скажет о ней К. Симонов. В фильме собран прекрасный актерский ансамбль: С. Закариадзе, В. Кикабидзе, С. Чиаурели, А. Вертинская, В. Анджапаридзе, Е. Леонов, А. Шенгелая... «Не горюй» — один из любимых фильмов режиссера. «Если смотреть объективно, — признается он, — ближе всего к тому, что я хотел, получилось как раз в этом фильме».
      В 1973 году вышел фильм Георгия Данелия «Совсем пропащий», снятый им по своему собственному сценарию по мотивам романа Марка Твена «Приключения Гекльберри Финна».
      Все фильмы Георгия Данелия — это истинно «актерские фильмы». Уже начиная со своих первых картин, режиссер подбирал свою кинематографическую «труппу», не расставаясь с актерами, наиболее полно отвечающими его представлению о том, что такое хороший фильм. Это Евгений Леонов, Вахтанг Кикабидзе, Леонид Куравлев, Фрунзе Мкртчян. Позднее — Олег Басилашвили, Наталья Гундарева, Марина Неелова, Галина Волчек, Валентина Талызина, Юрий Яковлев, Станислав Любшин...
      Комедии Данелия часто включают в себя черты драмы или мелодрамы. Таковы «Афоня» (1975), «Мимино» (1977), «Осенний марафон» (1979). По мнению драматурга Р. Габриадзе, «смех у Данелия — это всегда мысль, и грусть, и поэзия; его смех — порой легкий, порой горький, но никогда не бывает злым...» В картинах Георгия Данелия соединяются счастье и горе, трагизм и смех, но они не просто смешат и печалят, не просто увлекают зрителя остроумием мысли, прекрасной игрой актеров, они заставляют задуматься о смысле бытия. Незадолго перед премьерой «Мимино» режиссера спросили, о чем его новый фильм. Он ответил: «...Мой герой, кажется, достиг всего. Отличная работа. Москва, прекрасное положение... Но, как магнит, его тянет к себе маленькая родная деревушка, сельский аэродром... О чем это? Может быть, о человеке, который не успокоился, сумел вернуться к самому себе? Может быть, о чувстве родины, об этом очень конкретном, осязаемом уголке родной земли?»
      Вышедшая на экраны следом за «Мимино» картина «Осенний марафон» была названа критиками одной из самых смешных среди печальных комедий. Внешне веселая, полная самых забавных перипетий история.
      «Главный герой — интеллигентен, добр, но каким-то загадочным образом эта доброта дорого обходится не только ему одному, но и тем, кто его окружает. Это — доброта от безволия. Мир вокруг него — пестрый, переменчивый, разные люди ждут от него разного, подчас прямо противоположного, а он считает, что должен ответить тем, чего от него ждут. Тут-то и возникает трагическая ситуация. Милый и чистый человек ищет спасения в приспособленчестве...», — это слова автора знаменитой ленты.
      Данелия снял такие картины, как драма «Слезы капали» (1982), фантастическая комедия «Кин-дза-дза» (1986, специальный приз за изобразительную концепцию на Международном кинофестивале в Рио-де-Жанейро), «Паспорт» (1990), «Настя» (1993), «Орел и решка» (1995). В 2000 году, после долгого перерыва, режиссер поставил комедийную ленту «Фортуна». В настоящее время работает над анимационным фильмом по мотивам комедии «Кин-дза-дза».
      В своих фильмах режиссер всегда стремится найти гармоническое соответствие между всеми компонентами фильма: игрой актера, музыкой и изобразительным решением. Музыка для Данелии — важнейшее выразительное средство, она придает его фильмам как бы новое измерение, несет в себе то, что невозможно выразить с помощью слова, игры или изображения. Режиссер нередко сам предлагает музыкальные темы к своим будущим фильмам.
      Георгий Данелия является автором или соавтором сценариев большинства своих фильмов, а также соавтором сценария картин, снятых другими режиссерами, в том числе «Джентльмены удачи» (совместно с В. Токаревой), «Француз» (совместно с С. Бодровым), «Привет от Чарли Трубача» (совместно с С. Дерновым), «Анна». В 2005 году вышла книга Георгия Данелия «Тостуемый пьет до дна».
      Г.Н. Данелия — народный артист РСФСР (1974), народный артист СССР (1989), лауреат Государственной премии СССР (1978) и Государственной премии РФ (1997), лауреат премий «Золотой Овен» (1974) и Национальной премии «Триумф» (2002). Он обладатель беспрецедентного числа призов на различных кинофестивалях, в том числе главных на фестивалях в Карловых Варах, Венеции, Сан-Себастьяно, Москве, Душанбе, Габрово, Варне, Шамрузе, Map-дель-Плата, Каннах (в разделе «Перспектива кино»), а также специальных призов в Акапулько, Римини, Мадриде, Рио-де-Жанейро, Стратфорде, Ванкувере, Овелино, Эдинбурге, Картахене, Берлине, Солониках, Ереване, Сочи и др.
      Георгий Данелия — академик Национальной академии кинематографических искусств и наук, лауреат премии «Золотой орёл» в почетной номинации «За верность профессии» (2006).
      Георгий Николаевич необыкновенно работоспособен. По наблюдению его коллег, на съемочной площадке он никогда не бывает растерян, всегда знает, чего хочет, и знает, как это надо сделать. Снимая фильм, режиссер живет только его проблемами, полностью отключаясь от всего другого, внутренне проделывая работу оператора, художника, актеров, композитора. «Надо работать, даже если не получается, надо вернуться и переделать, если открылось, что именно не получилось и почему. Мне более всего дороги взволнованная тишина зала в том месте, на которое ты надеялся, или удар смеха, когда вспыхнули, грохнули все как один, — это и есть лучшая встреча со зрителем» — это кредо Мастера, его творческий почерк.
      Георгий Николаевич увлекается живописью, графикой, музыкой, дома собрал коллекцию барабанов. Любимые режиссеры — Феллини (особенно фильм «8 1/2»), Алексей Герман, Никита Михалков.
      Живет и работает в Москве.
      (Из портала о культурной жизни "Gloss.ua")


    Творения:

    Книга "Безбилетный пассажир" (2002)

    Фрагменты из книги:

          "Ночью я не спал, думал. Конецкий и Таланкин не знают, что я лечу, могут меня не дождаться, сесть на какой-нибудь корабль и уплыть. А я без денег, без документов… Ближе к утру явился младший лейтенант. Подошел к моей койке, позвал шепотом:
          — Георгий, пошли в уборную! Поможешь!
          У него удостоверение выпало в очко. Он зажигал спички. Его видно, оно сверху плавает, но глубоко — рукой не достать. Надо, чтобы я подержал его за ноги. «Если я его не вытащу, мне светит трибунал!»
          В сортире мы отодрали от очка доски, и лейтенант нырнул в яму. Первый раз он не рассчитал расстояние и окунулся с головой.
          Заполярье, край земли, путь мужественных покорителей Арктики. Нансен, Лаптев, Амундсен нашли здесь свою славу. А я чем занимаюсь — стою в будке сортира и держу за ноги младшего лейтенанта, который копается в говне…
          Удостоверение выловили, младший лейтенант разделся догола, я поливал его из ведра холодной водой, а он тер себя своей майкой. Майку потом выкинули. Когда вернулись в комнату и легли, сосед заворочался и недовольно пробормотал:
          — Ну и напердели, дышать нечем.
          Лейтенант встал, достал из своего чемоданчика флакон одеколона и вылил его на себя. Тут полярник от возмущения совсем проснулся:
          — Ты что делаешь?! Напердел так напердел, никаким одеколоном не перешибешь! Только зря израсходовал!
          И тут снаружи раздался треск, крик, а потом — истошный мат на всю тундру,— кто-то пошел в сортир и провалился. Доски-то мы на место положили, но прибить их было нечем."

    * * *

          "Потом на собачьей упряжке приехал чукча Герасим. Он по рации узнал, что пришел груз, и приехал за аккумулятором и приемником, которые предназначались для него. Спросил, привезли ли кино. Узнав, что привезли кино не про войну, а про любовь, сказал, что смотреть его не будет.
          — А ты жену привези. Она про любовь любит.
          — Нету жена. Срать пошла, пурга унесла!
          Герасим достал из кармана пачку «Мальборо», угостил всех, сел в свою упряжку и уехал.
          Я спросил, откуда у него «Мальборо». Полярники объяснили: чукчи спиваются, и им запретили возить спиртное. Они стали гнать самогон из сахара — им перестали продавать сахар. Они стали гнать из муки — перестали давать и муку. А теперь они шкурки на нарты и — на Аляску.
          — А пограничники?
          — Какие там пограничники? Мороз минус пятьдесят и полярная ночь…"

    * * *

          "В восьмидесятом году у меня была клиническая смерть. Я вроде бы умер, но мозг еще работал. И была такая тьма, что-то очень черное, как «Черный квадрат» Малевича. И из этой черноты появилась моя мама, сделала отрицательный жест рукой и исчезла. Она появилась такой, какой была перед смертью. Но я не хочу ее видеть такой. Я хочу увидеть маму, какой она жила в моей памяти… Но мама опять появилась такая же. И опять показывает жестом — «нет»… А потом услышал крик: «Он ожил! Он живой!» И я открыл глаза. Надо мной стоял мой друг и соратник Юра Кушнерев (он каким-то образом проник в операционную) и кричал:
          — Я вам говорил — он не умрет! Говорил?!
          Так что мне не удалось туда перешагнуть, наверное, еще не время было,— мама меня не пустила."

    * * *

          "Мой друг Олег Жагар говорил, что жизнь человека состоит из драки и любви. Любовь — это любовь, а драка — это работа. Для женщины главное — любовь, для мужчины — драка. И я почти целиком посвятил себя драке. Когда работал, ни о чем другом думать не мог и очень мало внимания уделял своим детям — Ланочке, Кольке, Кириллу…
          Многих, о ком я пишу в этой книжке, уже нет. Для меня самое страшное — что нет Кольки (моего Коленьки). Часто думаю — увидимся мы еще или нет? Так хочется увидеться. И извиниться. Перед ним, перед родителями, перед другими…
          Мне почему-то кажется, что еще увидимся: что эта жизнь — не начало и не конец. Набоков писал, что жизнь — только щель слабого света между двумя идеально черными вечностями. А мне кажется, жизнь — полустанок: ехал в поезде, сошел на полустанке, потом поедешь дальше. Только пока ты на полустанке, ты не помнишь предыдущего пути и не знаешь, что будет потом. А там, в поезде, ты снова встретишь тех, кого хочешь встретить… Мне повезло, я хочу встретить многих."


    Книга "Тостуемый пьёт до дна" (2005)

    Фрагменты из книги:

          "Как-то увидели мы такую сцену: пастух вышел из ресторана «Космос», прошел, качаясь, несколько шагов и упал. Поднялся, прошел еще несколько шагов и снова упал. Тогда от стада баранов, которое расположилось метрах в ста от ресторана, отделился козел. Он подошел к пастуху, подцепил его рогами, поднял и стал подталкивать сзади по направлению к стаду. Пастух падал, но козел повторял маневр. Потом подбежал и мальчишка — помощник пастуха. Мальчишка придерживал пастуха за рукав, а козел толкал его рогами под зад. Пока мы принесли камеру, они скрылись в ущелье.
          На другой день, когда мы возвращались со съемок, козел с озабоченным видом ходил туда-сюда возле ресторана. Я заглянул в окно. Пастух был уже там. Козла мы сняли на пленку (этот кадр вошел в фильм). А как он опять повел пастуха «домой», снять не смогли: было уже темно."

    * * *

          "По горам разнесся слух, что в Омало приехал Кикабидзе, и пастухи стали приезжать, чтобы оказать уважение любимому певцу.
          Пастух на лошади по горам, издалека, иногда сутки, добирается до Омало. И после съемок начинает угощать Бубу чачой. Сказать: «не буду» — нельзя. Человек столько сил и времени потратил. Начал Буба искать предлоги:
          — Извини, не могу, сердце.
          — Чача самое лучшее лекарство для сердца, дорогой.
          Когда Буба говорил, что у него печень болит, ему говорили, что чача лучшее лекарство для печени. Когда он говорил, что ему рано вставать и надо выспаться, пастухи говорили, что чача — это самый лучший источник энергии.
          Но как-то вижу: сидят у костра два пастуха и Буба, пастухи пьют чачу, а Буба пьет лимонад. Я присел к ним, взял бутылку, плеснул себе в стакан, чтобы чокнуться. Хотел плеснуть и Бубе, но пастухи закричали:
          — Бубе не наливай! Ему нельзя!
          На другой вечер такая же картина — сидят пастухи (уже другие) и Буба. Пастухи пьют чачу, а Буба — лимонад. А когда подошел Карло и хотел налить Бубе, пастухи гневно закричали:
          — Что ты?! Что ты?! Ему нельзя!
          Утром я спросил у Бубы, как он этого добился.
          — Тебе я скажу. Но этот патент мой, и без моего разрешения его использовать нельзя. Они думают, что у меня триппер.
          — Почему они так решили?
          — Я сказал одному по секрету.
          Устное радио сработало. Молва о настоящей мужской болезни Бубы быстро распространилась по горам, и больше пастухи его пить не заставляли и следили, чтобы и другие не поили."

    * * *

          "В конце пятидесятых посередине Чистого пруда поставили плотик с маленькой будкой, и в ней поселился белый лебедь Васька. Лебедя Ваську полюбили все: дети, их папы и мамы и просто прохожие. Лебедь Васька был общительный и жизнерадостный. Подзывали его с берега, как собачку: «Вась-Вась-Вась!» Он подплывал, его угощали хлебом и конфетами, а он выгибал шею и благодарно кивал изящной головкой. Потом он пропал. А через неделю выяснилось, что какой-то пьяный подонок подозвал Ваську, свернул ему шею, поджарил и съел на закуску. Подонка вычислили, поймали и сдали в милицию. Был суд, прокурор требовал дать ему год условно. Но вскочила мать подонка и стала умолять, чтобы ее сына посадили по-настоящему и прямо отсюда повезли в тюрьму в машине с охраной. Суд учел ее пожелание, и подонку дали год в колонии общего режима. Все были недовольны. «Мало дали!» Подонка увезли на «воронке», и больше он в нашем районе не появлялся. А своего друга, веселого лебедя Ваську, бывшие мальчишки и девчонки с Чистых прудов вспоминают до сих пор."

    * * *

          "Володина призвали в армию в сороковом году, еще до войны. Тогда же вышел приказ министра обороны, разрешающий командирам в случае неподчинения расстреливать подчиненных на месте. Был такой случай. Саша шел на свидание. По дороге встретил командира. Тот велел ему вернуться. Саша сказал, что у него увольнительная. Командир повторил приказ. Саша объяснил, что у него свидание. Командир достал наган:
          — Приказываю.
          — Не могу, меня девушка ждет.
          — Буду стрелять.
          — Стреляйте,— сказал Саша и пошел.
          — Иду, ноги подгибаются, между лопаток щекотно,— рассказывал он.— Страшно! Но знаю, если не пойду, Фриду никогда больше не увижу. Я до этого ее только один раз видел и где она живет — не знал.
          Командир не выстрелил.
          Провоевал Саша с первого дня до последнего. Был два раза ранен. Когда вернулся, они с Фридой поженились. Она ждала его.
          (О войне Саша никогда не рассказывал.)"

    Страничка создана 16 июля 2009.

Rambler's Top100
Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005.
MSIECP 800x600, 1024x768