Новинки
 
Ближайшие планы
 
Архив
 
Книжная полка
Русская проза
Зарубежная проза
ГУЛаг и диссиденты
КГБ
Публицистика
Серебряный век
Воспоминания
Биографии и ЖЗЛ
Литературоведение
Люди искусства
Поэзия
Сатира и юмор
Драматургия
Подарочные издания
Для детей
XIX век
Новые имена
 
Статьи
По литературе
ГУЛаг
Эхо войны
Гражданская война
КГБ, ФСБ, Разведка
Разное
 
Периодика
 
Другая литература
 
 
Полезные проекты
 
Наши коллеги
 
О нас
 
 
Рассылка новостей
 
Обратная связь
 
Гостевая книга
 
Форум
 
 
Полезные программы
 
Вопросы и ответы

Поиск в нашей Библиотеке и на сервере imwerden.de

Сделать стартовой
Добавить в избранное


 

Гарий Леонтьевич НЕМЧЕНКО
(род. 1936)

ОДИНОКИЙ ВСАДНИК

      В предисловии к первому тому сочинений, который вышел у него в 1997 году, Гарий Леонтьевич пишет: "Что бы там ни было, я — художник, для меня это главное. Другое дело, что держится мое творчество, конечно же, на казачьем стержне. Так и не научившийся, несмотря на дружбу со многими из профессиональных джигитов, хорошо держаться в седле, по характеру я — одинокий всадник. На языке кунаков-черкесов — хаджирет".
      Писательское дело и вправду одинокое, свободолюбивое, как у казаков. А почему казачий стержень? Да потому, что и родился-то Гарий Немченко в казачьем краю, в станице Отрадной, которая отметит в следующем году 150-летие. Уклад жизни и традиций казаков ему не надо было изучать по книжкам.
      Все это было его жизнью, из которой он черпал и сюжеты для своих произведений, и говор особенный — отрадненский, а его удивительная работоспособность, настырность в достижении поставленной цели, верность в дружбе, неумение что-то просить для себя лично, но готовность всегда помочь нуждающемуся в этом человеку — это тоже казачье, а значит, и его жизненные принципы.
      А вот путь в литературу показала ему, пожалуй, учительница Юлия Филипповна Харланова, которая преподавала тогда этот предмет в Отрадненской средней школе №1. Бывшая ленинградка, из семьи высокообразованной, интеллигентной, она никогда не считалась со временем, если дело касалось детей и ее любимого предмета — литературы. Часто после уроков приводила своих учеников домой и там устраивала этакие литературные вечера, на которых читали стихи, прозаические произведения из русской и зарубежной классики, а потом кто желал, мог вынести на суд друзей и то, что написал сам. Разгорались шумные, горячие, но искренние споры не только о литературе, но и о месте человека в этом мире, о цели его жизни. В таком классе не могло не родиться писателя. Так оно и вышло. Два выпускника этого класса, Гарий Немченко и Алан Черчесов, кстати, закончивших школу с отличием, впоследствии связали свою жизнь с писательским трудом.
      Правда, Алан Салтанович среди прочих должностей занимал пост министра культуры Северной Осетии и уж потом отдал себя литературе. А Гарий Леонтьевич после окончания факультета журналистики МГУ сразу уехал на ударную комсомольскую стройку, где работал сотрудником многотиражной газеты на Западно-Сибирском металлургическом заводе под Новокузнецком. Кого же не увлекали тогда романтика грандиозных строек, дальних дорог, бешеный ритм жизни, суровый нрав сибирской природы!
      О сибиряках написаны им романы "Тихая музыка победы", "Здравствуй, Галочкин", "Пашка, моя милиция".
      За сборник повестей "Скрытая работа" он был удостоен премии Всесоюзного Совета профсоюзов и Союза писателей за лучшее произведение о рабочем классе. Во многих его сборниках читатели найдут рассказы и повести о жизни кубанского села, его неутомимых тружениках. Некоторые его произведения издавались за рубежом.
      Став членом Союза писателей, Гарий Немченко ушел, как говорят в творческих кругах, на вольные хлеба. Хотелось свободы творчества, и он воспользовался ею, что называется, по полной программе. Много ездил, писал для газет и журналов, сотрудничал с радио и телевидением, издавал отдельными книгами свои повести и рассказы, готовил сборники.
      Гарий Немченко часто говорит, что живет на три дома — в Москве, на Кубани, в Сибири. Обо всех этих регионах России у него написано много произведений. Но о чем бы ни рассказывал в своих романах и повестях Гарий Леонтьевич, где-нибудь в своих рассуждениях или даже диалогах героев он находит повод вспомнить о родине, о милой сердцу Кубани.
      Без преувеличения, его можно назвать летописцем не только освоения сибирских просторов, строительства там гигантов металлургии и новых городов, но и Краснодарского края. Большинство героев его произведений живут здесь, в станицах и на хуторах.
      Будучи человеком общительным, душевным, отзывчивым, ему удается легко находить контакт как с людьми, облеченными властью, так и с простыми работягами, к которым он сам приходит в цех, на ферму, в поле, и разговаривает на равных: внимательно, заинтересованно, доверительно. Часто его собеседники становятся потом героями его очерков и рассказов.
      Если приглашают, бывает Гарий Леонтьевич и во властных кабинетах, а если надо кому-то помочь или защитить от произвола, приходит и без приглашения. Много написано им прекрасных произведений о талантливых руководителях, преданных делу людях, но попадались ему и такие "герои", о которых он вынужден был писать жестко, хлестко, как в народе говорят, резать правду-матку в глаза.
      Гарий Немченко — один из немногих писателей, уроженцев Кубани, по чьим произведениям снято несколько художественных и документальных фильмов, которые прошли по экранам страны. Кстати, большинство из них были сняты на Кубани в Отрадненском предгорье. Наиболее известные из них "Где Ложкин прячет золото" (об известном в крае учителе-краеведе М. Н. Ложкине, открывшем древнейшее в России средневековое, христианское городище в х. Ильич), "Хранитель" (о выдающемся ученом-паремиологе С. Д. Мастепанове), "Казачий круг" (о возрождении казачества на Кубани). Эти фильмы демонстрировало Центральное телевидение, и потом в район было много звонков из разных уголков страны, где живут наши земляки, с благодарностью автору, что рассказал о родных местах, которые они всегда помнят.
      В восмидесятых же годах киностудия имени Довженко в Отрадненском предгорье сняла художественный фильм по повести Гария Немченко "Брат, найди брата". Здесь же в станицах района состоялась тогда и премьера кинокартины. На экранах страны и сейчас периодически демонстрируется и еще один художественный фильм, снятый по одному из произведений нашего земляка, — "Красный петух плимутрок".
      В девяностых годах прошлого столетия издательство "СПАС" ( Москва) начало выпускать книги пятитомника собрания сочинений Гария Леонтьевича Немченко. Автор благодарит за поддержку издания руководителей и коллектив акционерного общества "Западно-Сибирский металлургический комбинат". В одном из томов автор собрал произведения кубанской тематики. Творческий потенциал писателя, несмотря на возраст, еще велик, работоспособность его — удивительная. Если есть возможность рассказать что-то интересное о своей родине, своих земляках, чьими руками вершится все, что делает Кубань богатой, красивой, процветающей, хлебосольной, щедрой на добро и дружбу, Гарий Леонтьевич тут же берется за перо.
      Произверения Гария Немченко привлекают читателя глубоко личным отношением к проблемам нашего времени. В его книгах немало страстных, полемически острых размышлений о духовном оскуднении общества, о забвении народных традиций, обычаев, морали, о судьбе России, русской культуры, русского народа.
      Сейчас Гарий Леонтьевич живет в Майкопе. Там со своей вечной спутницей во всех поездках по стране и первой судьей его творческих работ — женой Ларисой Александровной — скрашивают одиночество ее мамы Ирины Ефимовны.
      Но разве может писатель сидеть без дела?! Гарий Леонтьевич занят переводом на русский язык произведений своего кунака, известного адыгейского писателя Юнуса Чуяко. Одновременно что-то свое пишет и о Кубани. Без этого он просто не мыслит своей жизни.
      Станислав Филиппов.
      (Из проекта "Кубанские новости")


    Творения:

    Повесть "Голубиная связь" (1989) — апрель 2009

    Фрагменты из повести:

          "— Все это может быть, может! — уверенно заговорил Николай Павлович.— Это удивительный мир — голубиный... Пойми: мы их совсем не знаем! И слишком ленивы, слишком нелюбопытны, чтобы узнать поближе... так, по верхам! Один уже очень пожилой человек, с которым мне недавно пришлось общаться, рассказывал... Он как раз этим занимался: и в первую мировую войну и потом — в гражданскую... Так вот, он уверял: голуби прекрасно справлялись со своими обязанностями все время, пока мы воевали с германцами. Безотказно! И очень точно. На войне как на войне, что называется... И совсем другое дело — гражданская... В гражданскую на них можно было положиться только тогда, когда речь шла о спасении, понимаешь?.. То есть они всегда приносили записку, в которой подсказывали, предположим, как выйти из окружения. Как спастись. Но никогда не приносили такой, в которой говорилось: как окружить, как уничтожить. Они пропадали с такой запиской... девались неизвестно куда. Во всяком случае, больше не прилетали. Или просто не хотели лететь. Их выпускали с запиской, но они тут же садились. Чуть не демонстративно, представляешь? Не хотели, и все... Понимаешь? Они как бы не желали потворствовать братоубийству. Это удивительные птицы, в них есть что-то священное, да-да, поверь,— какая-то связь с высшими силами, со знанием, которое доступно только божествам,— любопытнейшие птицы!"

    * * *

          "Но Володя не удивился нисколько: «Ну как же, как же! Голуби — живая до сих пор связочка между Атлантидой и нашей цивилизацией. Это — единственные существа, которым удалось тогда спастись... не всем, разумеется,— какой-то части. До этого они давно уже привыкли на материк летать — голубиная почта была в расцвете. По сути дела — главная связь с колониями... Лучше, пожалуй, сказать — с окраинами. Атлантида была тогда центром мира. И еще о голубях... Ты помнишь, чем, по преданиям, питались боги?»
          Как ни далеко это от нас было и хоть не имело отношения ни к черной металлургии, предположим, ни к перестройке и гласности, которые прямо-таки вымели из нас множество другой информации, я так думаю — совершенно излишней, так вот, несмотря ни на что, я все-таки припомнил название гастрономического дефицита еще добиблейских времен...
          Володя поддержал:
          — Верно, амброзией. А никогда не думал, что это такое? Так вот — это особый вид морских водорослей. Теперь они исчезли — мировой океан слишком загрязнился, они не выжили... А это бесценный продукт: ведь химический состав морской воды и крови человека одинаков... Таблица Менделеева — вся. Плюс то, что в ней еще предстоит заполнить. И первыми амброзию нашли голуби. Подбирали во время отлива и склевывали. Кто-то из атлантов это заметил... Попробовал, оценил. Понимаешь: понял, что такое амброзия!
          Голубей научили собирать амброзию, приносить людям... И те, кто ел ее, сделались богами. Ведь что такое — стать богом?.. Жить долго, постоянно при этом развиваясь. Постоянно накапливая опыт, понимаешь?.. Если питаться амброзией, то до ста лет ты будешь развиваться и развиваться: по меркам богов сто лет — это всего лишь детство и юность. Наши восемнадцать, скажем так. А сколько еще впереди?.. Молодость. Зрелость. И все пока — только накопление опыта, сбор информации. Представь себе такую копилку интеллекта: разве это практически — не бессмертие?"

    * * *

          — Во-от! — одобрила она.— Слухайте дальше... Ну, слив у нас тут — как грязи, это вы, может, знаете... Но раньше ж слива, как нонче, не пропадала — у дело шла! Ну а как жишь? Родился парень — самогонку варют, канистру закапывают. А как в армию идтить — откопают... Девочка родилася — ей на свадьбу. А еще ж и на крестины, и на всякие именины. Ну а как жишь?.. И людей кругом много, и семьи были какие большие, да и радоваться еще ж не разучилися... Ну а потом что?.. Кто хату продал, кто так бросил, кто помер, а кто забыл иде закопал — не до этого... Ее пооставалося-я!.. От бывшей хорошей жизни. А теперь жишь уже и гнать ее скоро некому — не токо сливы, и нас самих скоро переведут..."

    * * *

          "Впервые я так отчетливо начал понимать, что у голубиной охоты на Руси была своя история, да какая древняя, какая непростая и какая красивая!.. Этим вроде бы зряшним, как считается нынче, делом занимались и люди знатные, князья да бояре, и люди простые, только из-за своего увлечения голубями и ставшие потом в народе известными... А какая любовь окружала птиц, заставлявших трепетать сердца знатоков, какие легенды о них рассказывали... да что там!.. Чего стоит, умилялся я, одна только кличка голубя, когда-то всеобщего любимца российского: Заиграй.
          Имелся в книжке и такой очень коротко и очень сухо описанный факт: в 1920 году барон Врангель увез с собой за границу и продал в Германии почти всю голубиную русскую элиту — около трех тысяч птиц. И что же, мол?.. Через три года почти все они, за очень и очень редким исключением, вернулись в свои голубятни."


    Сборник рассказов "Короли цепей" — октябрь 2009

    Содержание:

    Кавказский этикет. Предисловие к рассказам последних лет
    Позднее знание о семействе амарантовых
    Воспоминание о Красном Быке
    Приписной казак Абдуллах
    Свидания во сне
    Короли цепей

    Фрагмент из сборника:

          "...Нет, в самом деле: эти случайные послевоенные застолья, когда кто-то к кому-то, может, за мешком картошки приехал... Застолья эти с непременным рипеньем протезов, стуком костылей, с черными очками на лице у одного, с трубкой в горле под мокрою повязкой у другого — тогда не вспоминали ни об орденах, ни о славе, говорили об одном: выжили!.. Рвали рубахи, в скрипе крошили зубы: а помнишь?! Пили, не чокаясь, за мертвых. Рыдали пьяными слезами и лепили такое, отчего у нас, у пацанов, волосенки вставали дыбом. И по радио — всё не так, и в газетах, и в книжках — всё по-другому: когда выпьют — ну, откуда они такое берут? Память им отшибает, что ли. Правду бабушка говорит: что плетут — не дай бог еще, кто услышит!
          — И день так, и два, и три — над Ростовом дым коромыслом,— повлажневшими глазами посмеивался Махмуд.— То одного они вспомнят, то другого. Мы с пацанами на почту носимся, телеграммы по станицам даем: черкес Андрюха здесь, приезжай. И казаки всё едут и едут... Кто с женой и с корзинкой, а там и сало, и бутыль самогонки, а кто, говорит, прорывался с боями, выходил из окружения, а то и из плена, считай, из концлагеря бежал — эти без копейки в кармане... И от калитки сразу: Андрюха!.. Черкес! Обнимаются и плачут, как дети... Историй я тогда понаслушался! С клинками на танки — это ведь не легенды. Это переломанные кости и кровь... как страшно они об этом рассказывали! Там и об отце много узнал. Шныряем с мальчишками, играем — они же весь двор заняли... Кто-нибудь обнимет, прижмет к боку: сынок Андрюхин?.. Сразу видать, сразу! А ты хоть знаешь, какой у тебя батька? Как с немцем дрался?.. Ну, и пошло. В рейды ходили, по тылам, и вот, говорит, когда совсем крышка и надо из окружения выходить, они по отцову следу шли. Если где немецкая каска — надвое, кричали: здесь Андрюха шел, сюда, сюда, давай!.. За ним выходили. Ну, интересно, конечно,— гордость так и распирает, когда то один, то другой: вот, Мишка, какой у тебя батька, ты понял?! Нет, ты понял, Махмуд?! А кто-нибудь шутить начинает: так-то оно так, рубака-то он был — это правда, а вот что — черкес бесхозяйственный!.. За это чуть под трибунал не попал... Андрей! — кричит. — Андрей!.. Сколь бурок за войну пришлось на тебя потратить?.. А почему? — спрашиваю. Дак он же, смеются, не бережливый — то на пулемет ее на немецкий кинет, а ее всю — пулями, то «языка» в ее завернет, а потом бурку выкинет... А почему выкинет? — спрашиваю. А они: да так-то удобно — закатал его в бурку, и — ни забот, ни хлопот. Хоть тащи как куль, хоть бросай.— Махмуд разулыбался, изображая ростовский выговор.— Но потом-то бурка припахуить! Дай, бываить, шо и крепко!.. Вот, мол, и приходилось выбрасывать..."


    Ссылки:

    Очерк "Национальная элита" в журнале "Наш современник" 2003, №1
    Очерк "Горбатый мост" в журнале "Сибирские огни" 2007, №9
    Очерк "Кавказский пояс" в журнале "Дружба народов" 2009, №1

    Страничка создана 28 апреля 2009.
    Последнее обновление 30 октября 2009.

Rambler's Top100
Дизайн и разработка © Титиевский Виталий, 2005.
MSIECP 800x600, 1024x768